Воин поневоле стр. 13
– Но я принес ему меч и все остальное.
Какая неожиданная удача! Интересно, что это за меч, подумал Хонакура. – Ваша доброта не знает границ! Будьте любезны, прикажите своему рабу оставить все это здесь, а я позабочусь о том, чтобы наш гость узнал о вашем добросердечии.
– Я прошу дать мне возможность засвидетельствовать ему свое почтение лично! И немедленно!
Старик печально покачал головой.
– Сейчас он отдыхает; за ним ухаживает искусный целитель.
Хардуджу обернулся к Динартуре и посмотрел на него так, как будто перед ним была какая-то песчинка, приставшая к подошве его обуви.
– Третий ухаживает за Седьмым? Я могу найти для него кого-нибудь получше.
– Этот искусный целитель – мой племянник, – гордо заявил Хонакура.
– Ага! – Хардуджу удовлетворенно оскалился. – Наконец-то хоть одно слово правды! Что ж, я не стану напрасно беспокоить столь почтенного господина. Но все же я дам о себе знать.
Он направился было к двери, но старый жрец раздвинул руки, загораживая ему путь. Хонакура не боялся открытого насилия – жрецы неприкосновенны, – но он хорошо понимал, что в будущем его могут ожидать ловушки и козни. К счастью, через пару дней Шонсу устранит эту опасность. На мгновение оба замерли. Рука правителя потянулась к мечу.
– Смелее, светлейший, – дразнил его Хонакура. Даже эта горилла – Четвертый – вздрогнул, увидев, что происходит.
Но правитель не был настолько безрассуден, чтобы напасть на жреца седьмого ранга. Он просто поднял его как ребенка, отодвинул в сторону, распахнул дверь и вышел.
Второй воин победоносно усмехнулся и хотел было последовать за ним, но его чуть не сбил с ног Хардуджу, в ярости ворвавшийся в комнату. Хонакура подмигнул племяннику.
Потом он с прежней любезностью обратился к правителю.
– Я вас предупреждал, светлейший, что вам придется набраться терпения, – он помолчал, а потом как бы между прочим добавил, – но этот неумолимый господин
уверял меня, что в самом ближайшем будущем он предстанет перед вами.
В глазах воина вспыхнула ярость… или страх? Потом он приказал рабу оставить все вещи здесь и ушел вместе с Горрамини. Раб бесшумно закрыл дверь. Хонакура посмотрел на племянника и усмехнулся, потирая руки.
* * *Священный устало заковылял к себе, размышляя о том, что сегодня он заслужил теплую ванну и хорошую трапезу. Однако, добравшись до дома, он вынужден был признать, что его обычно столь несообразительный племянник сегодня высказал весьма проницательное предположение. Если господин седьмого ранга проснется в грязном домике, это вряд ли ему понравится. Не следует таким образом отдалять от себя важного союзника. И Хонакуре пришлось отдать еще кое-какие распоряжения.
Спустя некоторое время около храма появились по крайней мере шесть паланкинов, шторы на них были опущены. Один за другим они прошли через ворота и стали кружить по улицам, постоянно меняя своих пассажиров. Дважды сменив паланкин и удостоверившись, что он сбил со следу тех, кто, возможно, следил за ним, Хонакура приказал отнести себя за город. Из города вела только одна дорога, она подходила к стене под острым углом. Несколько веков назад какой-то предприимчивый строитель поставил вдоль этой дороги маленькие домики, и теперь здесь останавливались паломники – не самые богатые, но