Воин поневоле стр. 3
юноши покрылось легкой краской.
– Надеюсь, ты не слишком торопился?
– Нет, священный. – Третий покачал головой. – Я пошел за ним… – Он кивнул в сторону больной старухи, рядом с которой теперь стояла ее жрица. – Хорошо, жрец! – сказал Хонакура уже мягче. – Пойдем посмотрим на это твое чудо. Мы будем идти медленно, разговаривая о божественном… И не прямиком, пожалуйста.
Лицо молодого человека разгорелось от удовольствия, и он зашагал в ногу с Хонакурой.
Великий храм Богини в Ханне был не только самым богатым и самым старым зданием в Мире, он несомненно был и самым большим. Когда Хонакура повернулся спиной к возвышению, перед его взором раскинулась бесконечная гладь светящегося разноцветного пола, который тянулся к семи огромным аркам, образующим фасад здания. Здесь было множество людей – паломники и жрецы храма, – но с такого огромного расстояния они казались едва ли большими, чем кучки мышиного помета. Дальше за арками, в сияющем солнечном свете лежало ущелье и Река, ее грохочущий рокот наполнял храм все эти долгие тысячелетия; здесь же находилось Судилище. По сторонам широкого нефа стояли святилища младших богов и богинь, а над ними украшенные лепным узором окна ярко вспыхивали рубином, изумрудом, аметистом и золотом. Молитва Хонакуры услышана. Нет… молитвы многих. Конечно, он не единственный из Ее слуг, кто каждый день возносил эту молитву, но счастливая весть прилипла именно к нему. Теперь он должен действовать осторожно, но мужественно и решительно; он не мог не чувствовать теплого удовлетворения при мысли о том, что он – избранный.
Немало времени потребовалось Хонакуре, чтобы дойти до арок, молодой Третий беспокойно трусил рядом с ним. Хонакура понимал, что вместе они смотрятся странно – Джанарлу в своей коричневой мантии, какие носят жрецы третьего ранга, и он в голубой – одежде для Седьмых.
Его молодой спутник был высок, сам же Хонакура никогда не отличался ростом, а с годами и вовсе высох, ссутулился, облысел и потерял зубы. Младшие жрецы за глаза называли его Мудрой Обезьяной, и это смешило старика. А в таком возрасте уже мало что смешит. В мрачные безмолвные ночные часы он чувствует, как его усталые кости трутся о постель, и тайно молит, чтобы Она поскорее освободила его от бремени старости и позволила начать все сначала. Но, возможно, он был нужен Ей еще для одной, последней службы, и если так, то несомненно этот час настал. Воин седьмого ранга! Жрецы давно поняли, что это – большая редкость, а значит, и большая ценность.
Хонакура подумал, что молодой Джанарлу проявил большое благоразумие,
обратившись именно к нему, а не к какому-нибудь болтуну рангом пониже. Его следует за это вознаградить. А заодно и заставить молчать.
– Кто твой наставник? – спросил он. – Да, я его знаю. Достойный и святой человек. Но у достопочтенного Лондоссину появились некоторые новые обязанности, а значит, ему требуется и новый подопечный. Речь идет об очень тонких вопросах, и этот человек должен быть сдержан и благоразумен. Искоса взглянув на своего спутника, он заметил на его лице вспышку радости.
– Это будет для меня большой честью, священный.
Да, похоже, что Джанарлу умеет читать мысли, хотя такое сможет всякий Третий – если