Воинство Рассвета стр. 162
ей на плечи и заключили в кольцо объятий.
– Представляю, какие неприятности ожидают тебя по возвращении, – спокойно заметил он. – И это тоже моя вина. Как ты думаешь, они поверят, если сказать, что тебя похитили цыгане?
Неожиданно даже для самой себя Джил рассмеялась.
– Скажу им, что исследовала Полые Холмы, – пробормотала она. – Тем более, что это почти правда. Когда-то я говорила, что буду писать диссертацию о Темных веках. Вот и получила, что хотела. – Она указала на свиток пергамента с длинной колонкой каких-то дат. – Ответ настоящего ученого, верно?
– Верно, – прошептал Ингольд, теснее обхватывая ее за плечи. – Джил...
Она взглянула на него и увидела неприкрытую печаль в его глазах. Затем он вздохнул, как будто принял какое-то решение, и сказал:
– Будь счастлива.
– А ты?
– Я буду счастлив, – спокойно ответил Ингольд, – зная, что ты в безопасности.
В комнату стали заходить другие маги, занимая свои места вокруг большого круглого стола. Дакис Менестрель бесстыдно заигрывал с двумя ведьмочками Греей и Нилой, Тень Луны с надменным видом обсуждала какие-то астрономические проблемы с застенчивым Унголардом. Молодые маги столпились у дальнего конца стола, не сводя настороженных глаз с Воса, который взял на себя роль их наставника. Вошел брат Венд, усталый и измученный, с видом медленно умирающего от рака человека. Когда Ингольд помог Джил встать, она заметила, что Кта, оказывается, все время находился в зале и дремал в уголке у огня.
Держась за руки, как дети, все еще не веря в свою победу, появились Минальда и Руди. Они сияли от переполнявшего их счастья, и Джил не удержалась от улыбки.
«Хотя бы эти двое добились того, о чем мечтали... пусть даже в мире, лишенном надежды на выживание...»
Пришел и Бектис. Поглаживая молочно-белую бороду, он что-то бормотал об исчезновении племянника императора. Следовавший за ним Алвир, величественный в своих парадных бархатных одеждах, звучным мелодичным голосом попросил придворного мага заткнуть свой болтливый рот. Канцлер остановился напротив Ингольда, и на его красивом чувственном лице отразилась неприкрытая ненависть.
– Надеюсь, господин волшебник, что это не очередная ваша попытка пересмотреть условия Союза? В конце концов, войско выступит послезавтра... хотите вы того или нет, – саркастически добавил он.
– Боюсь, именно это нам и придется обсудить, – возразил Ингольд.
Он провел Джил к краю длинного стола и усадил ее рядом с собой. Она выложила на стол сверток пергамента, несколько восковых дощечек и маленький кожаный мешочек, после чего обернулась и взглянула в потемневшее от гнева лицо канцлера.
– Право же!..
– Милорд, – продолжил Ингольд самым что ни на есть мягким голосом, – вам лучше присесть.
Двое младших волшебников принесли изогнутый стул, который обычно приберегали для Воса, и поставили его у дальнего края стола. Алвир сел, всем своим видом выражая презрительное недоверие.
«Надо отдать ему должное, – подумала Джил. – Ведь только вчера Ингольд разрушил его планы о спокойном регентстве, под прикрытием армии Алкетча и инквизиции. А если бы он вытеснил Дарков из Гая и хотя бы создал иллюзию, что все возвращается на круги своя... ему даже не пришлось бы убирать Тира. Его и так провозгласили бы королем. И неудивительно, что он смотрит на Ингольда, как на проклятого выскочку, который вечно вмешивается не в свое дело».
И тем не менее, при виде