Воинство Рассвета стр. 171
что моя сестра с насмешкой отказалась от подобающего брака, или не потому, что наши союзники не потерпят у власти человека, подобного тебе, а потому, что другая твоя ученица предсказывает, будто Дарки овладеют Алкетчем, основываясь на женских финтифлюшках!..
Алвир ринулся вперед, обошел стол и вырвал свиток пергамента из рук Джил. Разорвав его пополам, он швырнул обрывки в огонь.
– Вот и ответ. Где те записи, из которых вы взяли так называемые факты?
Джил двинулась к нему, леденея от ярости. Ее чувства ученого были слишком оскорблены, чтобы испытывать страх, и за уничтожение ее записей она была готова его убить. Но сильная рука остановила ее.
– Они в архиве Церкви, Алвир, – спокойно сообщил Ингольд. – Я вручил их аббатисе Джованнин.
– Что?
– Я опасался за их сохранность, – ответил волшебник. – А миледи Джованнин... очень ревностно относится к своей библиотеке.
Алвир молчал, не в силах выдавить ни слова; ярость окружала его, как облако ядовитого дыма. В наступившей тишине слышалось только глубокое тяжелое дыхание канцлера.
– Хорошо, – наконец прервал он молчание. – Теперь я предупрежден. Возможно, я сам во всем виноват. Когда я согласился принять вас в Убежище... – он гневным взором обвел притихших магов, застывших вокруг стола, – ...дал вам кров и пищу, то надеялся получить в ответ благодарность, а не предательство. Но похоже, когда имеешь дело с тобой, Ингольд Инглорион, надо быть готовым к худшему.
– Что же касается остальных, – продолжил он, обращаясь к остальным, – вы по-прежнему остаетесь моими слугами. И в этом качестве обязаны исполнить все свои обязательства при вторжении в Логово. После чего можете вернуться ко мне, если захотите, или отправляться на все четыре стороны. Но если я еще раз услышу хоть слово о том, что здесь говорилось, или кто-то станет пересказывать этот бред, будто Дарки скоро появятся в Алкетче, нашим союзникам или прочим обитателям Убежища, – я передам всех вас в руки инквизиции. И поверьте, вы пожалеете, что родились на свет.
Канцлер с такой угрозой посмотрел на волшебников, что даже мать Кары испуганно притихла. Затем он вновь уставился на Ингольда.
– А что касается тебя и этой девочки... – Алвир вдруг замолк, точно эти слова застряли у него в горле.
Джил почувствовала внезапную реакцию Ингольда, как волну удушливого жара, хотя описать изменения, произошедшие в старике, что стоял рядом с ней, она бы не смогла. Но властность, которую излучал Архимаг, напоминала силовой вихрь. Алвир на шаг отпрянул назад, его лицо пожелтело от испуга.
– Милорд Алвир, – раздался тихий хрипловатый голос, – никто из этих детей не служит вам, и поостерегитесь хоть пальцем тронуть их....
Алвир облизнул
сухие губы, но все равно не смог издать ни звука.
Ингольда продолжал.
– Можете вести себя как последний глупец, милорд, это ваше право. Но не думайте, что мною движет забота о вас, или ваши политические соображения. Я действую лишь во благо людей. Если вы хотите свести со мной счеты – милости прошу. Но не смейте вымещать зло ни на ком из здесь присутствующих: вы об этом пожалеете. А теперь ступайте прочь.
– Ты... – прохрипел канцлер с искаженным лицом. Но слова вновь не шли у него с языка.
– Вон отсюда.
Крупный, сильный мужчина отпрянул, как от удара. Он начал медленно отступать к двери,