Воинство Рассвета стр. 230
столб которого расползался по воздуху и закрывал небо. Весь мир погружался в цепенящую, всепоглощающую темноту. Ураганный ветер промчался по погруженной во мрак земле.
На вершине холма вспыхнул странный белесый свет, который выхватил из темноты лицо Джил, и Руди показалось, что он видит череп, обрамленный растрепанными волосами.
Гигантские тучи поднимались все выше, закрывая собой невидимые башни Гая. Маленькая искорка белого огонька вспыхнула опять, и на это раз в его свечении Руди разглядел темный силуэт человека на вершине холма.
Ингольд широко раскинул руки, и возникло сияние. Вокруг спутанных седых волос и запрокинутого угловатого лица возник светящийся нимб. Белая искорка росла, пока не превратилась в пламя. Дарки устремились на этот огонь.
– Нет! – раздался в этот момент вопль Джил.
Повернувшись, Руди увидел в испуганных серых глазах слепящее понимание происходящего, ужас, горе и осознание того, что ее предали.
Казалось, что земля и небо нарисованы на огромном занавесе, и вот этот занавес отодвинули. А за ним оказалась живая темнота Бездны.
И туда завывающей гибельной рекой устремились собравшиеся со всего мира Дарки.
ГЛАВА 7Калифорния, – тупо думал Руди. – Мир, который подарил мне жизнь. Оказывается, он и был их целью с самого начала...
Руди не мог понять, как же он не догадался об этом раньше. Ингольд был единственным хранителем секрета Бездны. Дарки, должно быть, тоже прекрасно это знали. А ведь именно чтобы предотвратить их исход в тот мир, они с Джил добровольно согласились оставаться здесь все эти долгие морозные месяцы.
«И все напрасно, – подумал он. – Напрасно».
Хотя у Джил не было никакой возможности остановить волшебника или закрыть зияющую рану в космической материи, она бросилась вверх по холму. Сияющий свет Бездны, словно новая звезда, вспыхнул на кончике ее обнаженного меча. Ингольд обернулся – темный колышущийся силуэт в ослепительной сфере света – и поднял руку. Джил упала на колени в грязный снег, и хриплый крик горького отчаяния разорвал окружающую темноту
ночи. Затем все умолкло.
А над ее головой Дарки устремлялись к Ингольду и дальше – в Бездну, и в мир, лежащий за ней.
Казалось, они не испытывают никакого страха перед блистающим светом Пустоты. Ее холодная яркость пронизывала скользкие влажные тела и показывала, что Дарки вовсе не темные, а прозрачные. Они окружали Ингольда, осторожно запуская когти в складки его плаща. Хлыстообразные хвосты безжизненно, как веревки, висели у них за спиной. Холодный свет четко очерчивал лицо Ингольда, открывая мучительное изнеможение в его целеустремленных глазах.
Ингольд, без сомнения, – самый сильный и самый умный из всех, думал Руди. Любовь Джил к волшебнику была для Ингольда идеальным прикрытием. Он понимал, что она никогда не причинит ему зла. Преданная, смелая и прямолинейная Джил даже не подозревала, что ее могут предать.
«И сознание того, что она могла убить его и спасти наш мир от этой погибели, будет ценой, которую она заплатит за слепое доверие».
Неожиданно до Руди донеслось своеобразное пение. Волшебная сила звуков проникала в него и рождала смутное, пугающее желание. Руди быстро отвернулся от слепящей яркости отверстых врат, ибо почувствовал непреодолимую тягу устремиться туда. И тут же заметил какое-то движение в темноте, у стен Гая – медленный поток существ, похожих на людей, следовал по направлению к