Вольные стрелки стр. 42
не люблю этого слова. Когда-нибудь ты накаркаешь. Не я, так кто-нибудь другой сведет с тобой счеты». И все без толку.
Он вынул из кармана четыре сотни, нашел в другом еще одну стодолларовую купюру. Видимо, больше с собой у него не было, а спросить у Цыплакова он постеснялся. Не осталось и на взятку гаишникам, случись нарушить правила дорожного движения.
– Спасибо, – оживился капитан, пересчитав деньги.
– Как дела в роте?
По голосу Глумова Цыплаков понял: тому было плевать с высокой колокольни, как дела в роте. И на батальонные, как и на полковые. Его давно уже не прельщал карьерный рост. Главное, чтобы шестнадцать контрактников, находящихся в его особом подчинении, были живы и здоровы. Цыплаков не понял, почему подумал о них в таком ключе. Случись в одно время боевая тревога и звонок Глумова по мобильнику, эти головорезы не стояли бы перед выбором.
У него не было желания встречаться с «вольными стрелками» даже раз. Для этого ему понадобилось бы пройти в конец казармы, где буквально набиралась сил глумовская боевая единица.
И все же встреча состоялась...
Цыплаков демонстративно глянул на часы:
– Завтра на работу. А я сегодня еще пива не пил.
– Давно на «уазике» не катался?
– В каком смысле? – Цыплаков с удивлением признался самому себе, что так давно, что уже и не помнил, когда это было, не был пассажиром «уазика», а за его рулем сидел всего-то пару-тройку раз.
– В самом прямом, – ответил Глумов. – Нам надо съездить в одно место, и самый подходящий транспорт для этого – «УАЗ».
– Ты запомнил его? – спросил Ноль-эмоций. Этот вопрос адресовался Гному – сухопарому, с левой обожженной половиной лица «стрелку».
– Не было команды запоминать, – ответил Гном. – Глум сказал: «Посмотрите на него». Я посмотрел. Чего еще надо?.. Запомнить его легко, – продолжил Гном, по привычке трогая лоснившуюся от давнего ожога щеку; кожа на ней было тонкой, прозрачной и часто лопалась, сочилась сукровицей. – По мне, так этот Цыплаков похож на праведника в аду.
Глава 16. «Причащение»
Гекко как-то уж нервно управлял машиной. Не в том смысле, что беспокойно. Его движения были фиксированными. Поворачивая налево, он чуть подавал корпус в ту сторону. Цыплаков сидел на заднем сиденье, и у него сложилось впечатление, что «уши»-зеркала заднего обзора оттопырены дальше некуда, и водителю приходится вытягивать голову, чтобы посмотреть в них.
– Долго еще?
– Скоро уже, – отозвался Глумов.
Он вынул из кармана телефон, набрал номер, назвал абонента по имени-отчеству:
– Геннадий Николаевич? Это Сергей. Узнал? Нужна консультация. На пару минут. Я внизу, спускайся.
Водитель свернул с Антонова-Овсеенко направо, во двор.
Это был шумный район. Сложная дорожная развязка и само 3-е транспортное кольцо, под которым она находилась, ревели день и ночь. Грохота добавляла железная дорога и непосредственно платформа «Тестовская».
Гекко остановил машину напротив второго подъезда и не стал глушить двигатель, будто увидел человека, сбегающего по ступенькам. Дверь открылась, и к машине поспешил маленького роста пухлый человечек лет сорока с небольшим. От него несло спиртным. Он объяснил:
– У жены сегодня день рождения.
– Но дело прежде всего, сам понимаешь, – сказал Глумов. – Прокатимся в одно место. Там мы задержимся минут на двадцать, не