Вольные стрелки стр. 43
больше.
– Если только ненадолго. У нас гости...
Глумов не стал его слушать. Он представил этого человека:
– Майор Бармин, стройбат. А это Паша Цыплаков, капитан в отставке. Он один из нас, не бойся.
У Цыплакова в голове тотчас всплыли слова Мирковича. На его вопрос: «Кого еще нелегально «крыл» Глумов?» он ответил: «Точно мне об этом неизвестно. Могу предположить, что под его влияние попал командир стройбата. Глумов «подцепил» майора за продажу рабсилы, запчастей и еще какой-то мелочи, гвоздей, кажется».
Он сказал, что у него гости. Если так, то самые близкие и близорукие. Майор был одет в хлопчатое трико с прошитыми стрелками и футболку с кофейным пятном. Глаза его воровато бегали раза в три быстрее кошачьих на ходиках. Если бы на нем была шапка, Цыплаков попросил бы Гекко порыться под сиденьем в поисках огнетушителя.
Гекко выехал на Шмитовский проезд, оттуда буквально просочился в промзону, где улица Ермаковская Роща и Шелепихинский тупик образовывали шпильку, похожую на знаменитый поворот автодрома в Бельгии.
«Уазик» въехал на территорию, как показалось Цыплакову, склада. Для этого Гекко не пришлось выходить из машины и открывать ворота. Ржавые и покосившиеся, они были намертво зафиксированы максимум на габариты «буханки».
Еще одни ворота, на этот раз складские, тоже были гостеприимно распахнуты. Братья Гекко первыми вошли на склад и осмотрели помещение, по которому гулял ветер; здесь не было ничего, кроме груды поддонов и тарных ящиков.
Глумов отвел Цыплакова в сторонку и жестко сказал:
– Стой здесь. Мне нужно перекинуться парой слов с майором.
– Объясни мне, что здесь происходит.
– Стой здесь, – с нажимом повторил Сергей.
Он вплотную подошел к Бармину и вполголоса, чтобы не слышал Цыплаков, спросил:
– В «телеге», которую ты на нас накатал, рассказал о коллекторе? Кто еще знает о нем?
Сердце у Бармина замерло в груди. Он не мог понять, как Сергей догадался о том, что именно он делал в коллекторе. Но факт оставался фактом.
– Это была ошибка, Сергей!
– Ты успел отправить «телегу»?
– Нет. И не смог бы.
– Кто бы сомневался. Но ты предал нас. Или ты так не считаешь?
Глумов вернулся к Цыплакову и сказал:
– Убьешь майора.
И протянул ему пистолет. Это был бесшумный вариант Макарова, но Цыплакову от этого не полегчало. Он задал идиотский вопрос, подсознательно оттягивая время, точно зная, что скоро возьмет в руки оружие и впервые наставит его на живого человека, и убьет его. Иначе кончат его. И сделает это Гекко-младший. На него Глумов дал короткую, но исчерпывающую информацию: «Стрелок от бога. Один только недостаток: много курит. Утешает только, что прикуривает он исключительно от пистолета».
– Можно идентифицировать этот пистолет?
– Да, – как ни в чем не бывало ответил Глумов. – Он из партии, сгоревшей на ульяновских складах. Но из него ни разу не стреляли. Ты будешь первым.
– А если я откажусь?
– Ну, ты же не вчера родился, Паша. Откажешься – сядешь лет на пятнадцать-двадцать за убийство Мирковича. – Сергей пустился в философию. – Это жизнь, Паша. «Лошади не знают, зачем бегут. Мы тоже не знаем». Мой тебе совет: не затягивай время. С каждой потраченной минутой тебе будет тяжелее. В