Волшебный горшочек Гийядина стр. 140
волнения и переполняющих его чувств проговорил:
Как у горной газели твой пленительный стан,
В твоём взоре смешались огонь и туман,
И сто тысяч озёр собираются в каплю
Чтобы взглядом единым зажёгся вулкан!
Дочитав последнюю строку, начинающий поэт смущенно прикусил губу и искоса, из-под опущенных ресниц, глянул на притихшую девушку.
– Тебе… понравилось?
– Я… люблю тебя, Абуджалиль…
– И я люблю тебя!..
Руки их переплелись, губы соприкоснулись…
И тут взошло солнце.
1
Или, учитывая состояние караульных на пятачке в несколько квадратных метров под символическим матерчатым навесом, скорее, жертвоприношение.
2
Не в последнюю очередь получившего свое прозвище из-за слабости к женскому полу.
3
Здесь и далее Селима «озвучивал» стихами Дмитрий Казанцев.
4
Интересно, здесь больше трехсот литров, или меньше?
5
В то время как вокруг него было духу дюжины танцовщиц, семерых музыкантов, шести опахальщиков, пяти придворных льстецов правой руки, пяти придворных подхалимов левой руки, пяти придворных заспинных подпевал, четырех девушек, ответственных за очистку и вкладывание в монарший рот охлажденных фруктов, и три визиря – по одному на каждую руку и один просто великий.
6
Или просто втянул пристыженно голову в плечи при мысли об оставленном позади разгроме и потопе.
7
В смысле, склонного еще меньше, чем всегда. Простой график текущей склонности Олафа изображал бы прямую линию, резко уходящую в полностью отрицательную четверть координатной плоскости всемирной дипломатии.
8
Что самое главное, как единодушно признали мужчины.
9
А значит, автоматически вызвали настолько активное неприятие его премудрия, что тот едва не отказался от умывания вовсе, заявив выспренно, что подобное применение магического искусства недостойно настоящего волшебника, позорит доброе имя и умственные способности того, если они у него вообще когда-нибудь были, и что использовать магию для порчи хорошей чистой воды в угоду пошлым вкусам профанов и обывателей все равно, что забивать гвозди шкафом.
10
В покое.
11
Еще одном творении сулейманского отличника шантоньского ВУЗа.
12
Здесь и далее Кириана Златоуста «озвучивал» стихами Дмитрий Касич.
13
А вернее, в ту сторону, где, судя по звукам голоса, лицо лукоморской царевны находилось – полную и абсолютную тьму потайного коридора дворца не нарушал ни единый лучик света.
14
А иногда и пережевывающих – когда еще доведется отведать, что подают на стол его сиятельному величеству, высокородным придворным и гарему?
15
Хоть и очень хотелось.
16
Хорошо, что Сенька успела вовремя отдернуть нож.
17
Гораздо более волшебного, чем кто-нибудь из них предполагал, если быть точным.
18
Благоразумно не уточняя, что кроме кольчуги при этом на них в ста случаях из ста бывают еще и штаны.
19
В тезаурусе сулейманской науки – ученый, испытывающий результаты своих изысканий, естественно, на себе.
20
Потому что не все результаты изысканий стоят того, чтобы их на себе опробовали.
21
Пирог – от Маджида. Вода в вине – от фонтана.
22
То есть, в здании через дорогу его слышно было не очень хорошо.
23
С Олафом два раза. С этажеркой один раз. На Агафона приветствий уже не хватило.
24
Стихи Дмитрия Касича.
25
Там, где они еще оставались.
26
И не просто побитым, а долго, тщательно и с особым пристрастием.
27
Если бы края были ближними, логично рассудил Селим, то