Волшебство не вызывает привыкания (СИ) стр. 2
быстро выводили на чистую воду, и потом всё было только хуже. В разы. А я совсем не уверен, что смогу всплыть после очередного погружения во Мрак…
— Так. И сейчас тоже?
— Да.
— Хм, а прочитать можешь?
От такого простого вопроса я немного оторопел. Обычно подробности никого не интересовали — я получал свой укол с горстью таблеток вприкуску и отправлялся в затяжной полёт. Стало как-то не по себе.
— Давай, смелее!
Ладно, деваться-то некуда. Вряд ли лица отстанут от меня, если сказать им, что символы размыты и неразборчивы. Тем более, в последнее время они стали лишь чётче, будто издеваясь над мной. Или лечение лишь укрепило их в моей голове? Смешно…
— Тимур Кормачёв, — я перевёл взгляд и продолжил. — Иван Трофимов. Оба нулевого уровня.
Лица переглянулись.
— Ну вот, о чём я и говорил…
Но тут, откуда-то сбоку, донёсся скрип открывающейся двери. Надрывный, будто скрипка на похоронах.
— Ага, вот вы где, бездельники!
Мягкий баритон со стальными нотками я узнал бы и под водой с отрезанными ушами. Евгений Васильевич, собственной персоной. От одного его голоса хотелось забиться под плинтус и притвориться не до конца вытертой пылью.
Лица словно сквозняком сдуло, и я, наконец, смог рассмотреть окружающие декорации — небольшую клетушку, заставленную полупрозрачными стеклянными стеллажами. Прямо надо мной
с немым укором нависал стандартный штатив для капельниц. Емкость, висевшая на одном из крючьев, была полностью опустошена. Похоже, место возникновения пожара в венах установлено.
По другую сторону обнаружился крошечный стол на колёсах, плотно заставленный колбами и флаконами. С низкого потолка светили яркие лампы, не дающие теней, а в единственном оконном проёме, занавешенном плотными жалюзи, стояли горшки с какой-то комнатной зеленью.
Никогда здесь не был. Обстановка чем-то напоминает процедурную, но там нет кресел, только кушетки. И окна тоже отсутствуют.
Может, это очередной кошмар, и мне стоит срочно проснуться?
Тем более, хозяин душегубки, наконец, заметил меня.
— Потрудитесь объяснить, что здесь делает пациент?
— Евген Васильич…
— Вы что ему дали, идиоты?!
Точно, кошмар. Если он кричит, то дела мои совсем плохи. Может, действительно прикинуться ветошью?
Но увы, не успел. Голову обхватила сильная ладонь, а глаза ослепил свет карманного фонарика. Снова потекли солёные слёзы.
— Мы просто хотели спросить…
— У него, что ли?! Похоже, вас тоже нужно… Пролечить.
— Не надо!
— В его деле чётко написано — он видел надписи задолго до прошлой недели, — вступился за товарища второй. — Ему могло быть что-нибудь известно об этом. Он же не псих, в конце концов…
— Ещё одно слово — и вылетите отсюда взашей! — лязгнул Евгений Васильевич. — Пациента немедленно вернуть обратно. Во всех смыслах. Кормачёв, а вы срочно нужны Грищенко в Северном крыле. Ваш собрат по отсутствию разума и один здесь справится. Вечером поговорим о вашем поведении. В моём кабинете!
Дверь, издав протяжный стон, захлопнулась за этим ходячим ужасом, но я успел рассмотреть над его головой часть пылающей фразы:
…Уровень — 1.
Но удивило меня не это, а заявление, что я не псих. Такого мне ещё не доводилось слышать за столько… Так, а сколько я здесь? Не помню.
Оставшиеся в помещении люди, чьи лица я наблюдал совсем недавно, принялись тихонько орать друг на друга:
— Твою мать, Старый нас застукал! Я же