Вовка в Тридевятом царстве стр. 4
встал рядом с псом и запел:
Жизнь породистой собаки
Протекать не может в драке,
Разве, мама, в этом я не прав?
— Гав! Гав! — подпел Вовке Ральф.
Хоть кричу на Ральфа строго:
Пиль! Тубо! Сидеть! Не трогать!
Крутит он хвостом, меня узнав.
— Гав! Гав! — подтвердил Ральф.
Скоро скажут все: видали —
Это Ральф идёт с медалью,
Гордо морду умную задрав!
— Гав! Гав! — зажмурил глаза Ральф.
Скажут: что за дрессировка?
Это Вовка очень ловко
Укротить сумел собачий нрав.
— Гав! Гав! — кивнул головой Ральф.
В этот самый миг зазвонил телефон. Екатерина Петровна махнула рукой Вовке и сняла трубку. А Вовке только это и нужно было. Он дёрнул Ральфа за ухо, и они тихонько скрылись в другой комнате, плотно закрыв за собой дверь.
— Алло… — произнесла в трубку Екатерина Петровна. — Здравствуй, Серёжа. Спрашиваешь, как мы живём? Очень весело. Я дрессирую Вовку, Вовка дрессирует Ральфа, а Ральф просто лает. Квартира — вверх дном. Охотно верю, что Ральф полу-чит золотую медаль, а вот Вовка, скорее всего, останется на второй год. Что делать — ума не приложу. — Екатерина Петровна тяжело вздохнула. — Ах, ты знаешь? Тогда немедленно приезжай!
Не успела Екатерина Петровна положить трубку, как раздался звонок в дверь. Удивлённо взглянув на часы, она пошла открывать.
На пороге стояли Лена и Игорь. Они учились вместе с Вовкой в одной школе, только Вовка — в четвёртом классе, а Лена и Игорь — в девятом. Им, как старшеклассникам, было поручено шефствовать над младшими школьниками.
— Здравствуйте, Екатерина Петровна, — вежливо поздоровалась Лена. — Мы пришли поговорить насчёт Вовки. Дело в том…
— Замечательно, — перебила её Екатерина Петровна. — Проходите ребята. Сейчас и Сергей Петрович подъедет. Вот мы все вместе и поговорим. И про Вовку, и про Ральфа.
— Знаете, Екатерина Петровна, лично у меня увлечение Вовки собакой вызывает чувство глубокого уважения, — солидно проговорил Игорь, бросая свой и Ленин портфели в кресло.
— Это всё потому, что ты сам — собака, — заметила ехидно Лена.
— Леночка, зачем же так?! — смутилась Екатерина Петровна.
— Ой, вы, наверно, подумали, что я выругалась? Ничего подобного. Он ведь на самом деле собака. Вернее, уже целый год собака. Игорю в театральной студии дали её роль, и он очень серьёзно над ней работает. Вчера вечером, например, мы идём, а он уставился на луну и завыл, да так здорово, что прямо противно стало. А сегодня, когда мы шли к вам, он целый квартал нёс в зубах мой портфель. Игорь говорит, что изучает на мне чувство привязанности к человеку.
Игорь расстегнул свой портфель, достал из него собачью маску, хвост, меховые перчатки и быстро всё это нацепил на себя.
— Ррррр! Гав! Гав! — пролаял Игорь и, войдя в роль, дружелюбно вильнул хвостом.
Екатерина Петровна от неожиданности даже руками всплеснула:
— Просто вылитый Ральф! И даже голос похож!
Игорь ещё сильнее завилял хвостом, а потом вдруг запел баском:
Быть собакой я сначала
Артачился.
Быть собакой я потом
Насобачился.
Всё умею делать как
Полагается:
Я могу и нарычать,
И полаяться.
Я могу вам показать —
Не хотите ли? —
Как хвостом виляют перед
Учителем.
Чтоб не спрашивал с