Возможны варианты стр. 26
там положено, получаю гражданство, развожусь, женюсь на тебе, вы со Степкой тоже получаете грин-карту, а наша девочка Оля уже родится в Америке сразу полноправным гражданином.
– Иди-ка ты, Макс, со своим планом к своей американской знакомой! – Надя не на шутку разозлилась. Ей очень захотелось стукнуть Макса по лбу ложкой, которой она накладывала ему еду. Надо же, даже уже и девочку Олю спланировал с американским гражданством. Как будто нет других способов уехать в эту проклятую Америку!
Других способов, конечно, не было. В этом Давыдова не сомневалась, она и в способ, придуманный Максом, не очень-то верила. Можно подумать, эта Америка – дура
непроходимая, ждет не дождется, когда к ней Макс пожалует да начнет плодиться и размножаться.
– А что ты в Америке делать будешь? – ядовито спросила она расстроенного Макса. – Там спекулянты не нужны. У них в Америке этих «филипсов» с «панасониками» да джинсов «Монтана» и без тебя завались.
– Надь, я ж не дурак, чего ты, в самом деле? У меня же заначка кое-какая есть, она позволит мне обосноваться и начать свой бизнес. Я буду оттуда товар сюда поставлять. У меня ж тут ребята надежные есть.
– Ага! А как ты заначку свою в Штаты повезешь? В трусах со специальным тайным карманом?
– Зачем? Деньги жена моя повезет! Ей можно.
– Я – твоя жена! Пока. А план твой считаю дурацким и непродуманным. Кроме того, хочу, чтобы ты имел в виду, я с чужим, хоть и американским, мужем спать не буду. Так что, как только ты женишься на своей Сьюзан, обо мне забудь!
– Надька! Прекрати глупости молоть! Знакомую мою зовут не Сьюзан, а Марша. И для нее эта процедура является бизнесом. Я ей за это деньги заплачу.
– Отлично! Вот и за остальное тоже заплати! – Давыдовой безумно хотелось плакать, а еще хотелось треснуть Макса по голове, а еще хотелось обцеловать его всего-всего, обнять крепко-крепко и никогда с ним не расставаться.
Макс обнял ее, поцеловал, и она заревела горестно и сладко, как маленькая девочка, у которой отняли любимую игрушку.
Процедура развода, в отличие от последующего за ним международного бракосочетания, большого времени не заняла. Судья равнодушно выполнила все формальности, никто разводящихся уговаривать и давать время на размышление не стал. Даже несмотря на наличие общего ребенка. В кино, конечно, все показывали по-другому, и Надя Давыдова в очередной раз огорчилась, что высокохудожественная советская культура совершенно не совпадает с жизнью. Закралось подозрение, что судья все-таки была очередной знакомой ее свекрови, но в это верить совсем не хотелось. А вот в ЗАГСе на Петроградке, в котором женили иностранцев, без знакомых свекрови уж точно не обошлось. В американском консульстве знакомых у свекрови не нашлось, и Америка, в соответствии со всеми подозрениями Нади Давыдовой, убедительно продемонстрировала всем участникам процесса, что она совсем не дура. Максу даже пришлось ехать в Москву в американское посольство и там доказывать, как любит он свою Маршу.
Маршу Давыдова не видела ни разу. Еще не хватало! Свекровь изо всех сил уговаривала Давыдову не переживать так сильно. Ведь Макс же не умер, не ушел от нее к другой женщине. Он просто старается выбраться из советской действительности и вытащить оттуда саму Давыдову. По правде говоря,