Возможны варианты стр. 50
промсосиска, лимонад!», и мама родная оладушками закормить, да «сюсюками» разными при посторонних засюсюкать. А уж папаша, тот вообще – просто скажет «тюфяк» и как отрежет. Вот и приходится претенденту в покорители вертеться, как ужу на сковородке, чтобы всем окружающим доказать, что он достоин исключительно первого места. И Гарик вертелся. Для начала решил свои невиданные размеры обратить себе на пользу и пошел заниматься гандболом. Там его пухлость очень быстро переросла в мощь, и эта мощь распространялась от него волнами, после чего про «промсосиску» в школе забыли начисто. Мамины плюшки с их калориями перегорали на тренировках моментально, а папин «тюфяк» утерся после твердых пятерок по основным предметам. Гарик очень рано понял, что нельзя давать себе спуску и останавливаться на достигнутом. Он поступил в университет, закончил его с красным дипломом, поступил в аспирантуру и защитил диссертацию. После этого он слегка притормозил, огляделся и обнаружил, что наукой выбиться в люди не так-то просто, да и, собственно говоря, не особо интересно. Ему нужны были приключения, а какие уж там приключения на университетской кафедре.
«Это развлечения все больше бабские», – решил Гарик и круто поменял свою жизнь. Он поступил в мореходку. Это было гораздо интересней, но к тому моменту, когда он только развернулся и начал уже возить в страну большие партии джинсов и ткани с люрексом, началась перестройка и морская профессия перестала быть актуальной. Драйв без денег Гарика не интересовал. Он опять круто поменял свою жизнь и пошел ловить расхитителей социалистической собственности. В результате непримиримой борьбы с расхитителями Гарик прирос собственным бизнесом в виде пары продовольственных магазинов, двух кофеен и ресторана. Практически безотходное производство. Но этого было мало, все вокруг бурлило и из ничего производило нечто, и Гарик ввязался в производство ликеро-водочных изделий. Спирт возили из Белоруссии и путем нехитрых манипуляций превращали его в водку и разные настойки. К тому моменту, когда он в первый раз увидел Давыдову, Гарик был очень доволен собой и считал, что окружающее пространство у него прямо-таки в кулаке.
Он увидел Давыдову из окна своего кабинета, она шла по противоположной стороне улицы и олицетворяла собой некий Монблан, требующий срочного покорения. Такие женщины были только в кино, причем исключительно иностранном. Сначала он решил, что ему все показалось и эта красота просто случайно промелькнула мимо. Типа спустилась с небес на питерскую тихую улицу, посмотрела под ноги, сказала «Фу, какая гадость!» и исчезла навсегда. Вернулась в мир, где синее небо, синее море и вечно зеленые пальмы. Только там, в этих райских кущах, и место для таких красоток. Однако, когда он увидел ее на следующий день, выходящую из машины у дверей какой-то конторы напротив его магазина, Гарик сначала не поверил своим глазам, а потом сделал охотничью стойку. Со своего наблюдательного поста из окна кабинета он определил, что красотка появляется в офисе напротив в районе десяти часов утра, а потом сидит безвылазно до шести вечера. И он стал поджидать ее, слоняясь по тротуару у дверей своего магазина. Познакомиться никак не удавалось. Она приезжала все время на разных автомобилях, подкатывала к самым дверям, быстро заходила в офис и исчезала. Вечером она выходила обычно в компании каких-то людей, что тоже