Время Разителя стр. 1679
пробирке, а… Одним словом, для этого нам и нужен танкер вместе с его грузом. Кстати, зеленое зелье может храниться лишь ограниченное время, и если в этот срок его не пустить в дело, оно начнет работать, где бы ни находилось — хотя бы в танках корабля, который его перевозит. То есть фактор времени играет в этом процессе едва ли не главную роль, именно поэтому мы сейчас можем воздействовать на здешнюю власть, угрожая задержать транспорт или, напротив, обещая его выпустить вовремя. И здешнее начальство это прекрасно понимает.
— Извини, — скромно заметила Лючана, — но мне кажется, что это мы на них давим, а не вы. Мы!
— А мы что — представляем разные державы?
— Нет, — ответила Люча, — мы представляем не державу, а частную контору, ты, надеюсь, не забыл? Мы тут не выполняли и не выполняем казенное задание, поскольку его не получали.
— Ну, я надеюсь, как-нибудь разберемся, — заверил Иванос самым бархатным из своих голосов. — Связь у вас, да, но ПЗБ держим мы, и, значит, продукт тоже у нас.
— Совершенно верно, — подтвердил я. — У вас, и останется у вас даже тогда, когда это желе станет срабатывать в бассейне, и он заколосится. Интересно, какой урожай вы тогда соберете?
— Вот так, генерал, — поддержала меня супруга. — Никогда не пытайся использовать нас втемную.
— Ну ладно, черт с тобой, пусть так, но теперь-то чего вы от меня хотите? Вам обоим не хуже моего известно: интересы Теллуса могут не совпадать с нашими личными, и мы все равно оставляем их на первом месте, жертвуя своими, иногда жертва получается очень серьезной, но это — часть нашей жизни, и кто на это не способен, тот в Службе не работает. Когда такой вилки не было — я что, не помогал вам?
— Плохо его дело, Люча, — сказал я. — Если человек начинает уже взывать к своим былым заслугам…
— Совсем плохо, — подтвердила она. — Что же нам теперь с ним
делать?
— Погоди ставить точку, — предложил я. — Он еще далеко не оправдался. Ведь если бы мы все время могли располагать кораблем по нашему усмотрению, мы, скорее всего, в такой луже и не оказались бы. Но так не получилось. И я, кажется, понял почему.
— Ра, только не надо фантазий, — посоветовал Иванос. — Слово, знаешь ли, не воробей…
— Да нет, — возразил я, — какие уж тут фантазии. Только факты и выводы из них. Мне пришло в голову вот что: неслучайно на Ардиг был направлен не корабль вообще, а именно тот самый разведчик, который участвовал в эпизоде на четвертом мире и, следовательно, получил уже флажок от тех, кто в этом мире ему противостоял. Попал, так сказать, в компьютер, и на него завели досье. Нам объясняют, что так получилось лишь потому, что других кораблей под рукой не оказалось. Это детский лепет: посылать в подозрительное место меченый корабль — таких ошибок Служба не делает. Наоборот: корабль послали именно потому, что он был уже помечен. Зачем? Чтобы вызвать на Ардиге определенную тревогу и заставить их действовать, потому что, действуя, противник неизбежно в какой-то степени демаскирует, обнаруживает себя, реагируя на такой ложный выпад, а тем временем подлинный оператор тихо проникает на место, наблюдает, делает выводы, а потом и приступает к действиям.