Библиотека

Время Разителя стр. 84

Размер шрифта
-
+
Тема

званным цифрам, у Теллуса не было ни материалов, ни энергии, ни времени: всего этого нужно было на один-два порядка больше, чем можно было мобилизовать даже путем полного отказа от всякого иного производства.

Зная это, понимаешь, каким прекрасным выходом явилось возникновение вневременного транспорта.

История его создания была достаточно тривиальной. Теория вневременных перемещений разрабатывалась хронофизиками нескольких государств. Начало тому было положено примерно в одно и то же время и (как и следовало ожидать) в сверхсекретных лабораториях военных ведомств. Первоначально принцип Гусева-Шмидта (не следует думать, что эти ученые работали совместно, нет, они разрабатывали свои теории независимо друг от друга, и, как ни странно, Гусев — в Арме, Шмидт же — в Рутении) — итак, принцип этот прежде прочего был приспособлен для разработки нового сверхоружия — «Мгновенной бомбы». Преимущество ее перед любым другим средством массового уничтожения было заранее ясно: такая бомба не нуждалась ни в средствах транспортировки, ни во времени, потребном для доставки ее к цели; следовательно, ее невозможно было перехватить в дороге. Разработка шла, разумеется, в глубокой тайне, но лозунг полной невозможности большой войны при наличии такого, в полном смысле слова абсолютного оружия просочился на информационную поверхность еще задолго до того, как в СМИ появились первые смутные сообщения об испытаниях чего-то такого. Испытания проводились обеими державами глубоко в недрах, в тридцатикилометровых шахтах, и привели к относительно небольшим (два-три балла) землетрясениям в ближайших сейсмически неустойчивых районах. Теория превратилась в практику.

После завершения этих работ события развивались по обычному шаблону: военная технология начала не быстро, но уверенно прорастать в гражданскую. Сначала — в приземельский транспорт, потом, по мере совершенствования и удешевления, — в наземный (именно так, а не в обратном порядке). Прошло еще некоторое время — и случилось неизбежное: сразу многие сообразили, что основное достоинство принципа Гусева-Шмидта, а именно возможность обходиться без заранее устанавливаемых приемных устройств создает прекрасные предпосылки для использования новой технологии в глубоком космосе. Чтобы попасть в нужную точку Галактики, следовало лишь точно прицелиться. Перемещение (предположительно) происходило не в Просторе, какой использовался для прыжков космическими кораблями, а в какой-то другой его разновидности, что практически ставило на ноги теорию множественного пространства, до тех пор также принадлежавшую лишь к гипотезам. Еще несколько лет ушло на разработку аппаратуры точной наводки (пора обильной жатвы для гравиастрономии), после чего и начался массовый исход с родины человечества, которая для большинства становилась теперь лишь родиной исторической.

Первоначально немало палок в колеса нового средства передвижения было вставлено — и еще больше готовилось — могучими фирмами — владельцами космических флотов. Возникшая было сумятица улеглась, однако сама собой после того, как выяснилось, что ВВ-транспорт не всемогущ: новый Простор почему-то категорически отвергал некоторые виды грузов, главным образом — крупные объемы горючих жидкостей и взрывчатых веществ. Они просто оставались на месте. Кроме того, нашлось не так уж мало людей, совершенно не признававших новый транспорт и заявлявших, что для передвижения в космосе будут по-прежнему пользоваться только старыми, привычными кораблями. Что удивительного: в свое время то же самое происходило и с железными дорогами, и с автомобилями — да и с этими же кораблями. Убедившись, что угрозы их процветанию нет, космосудовладельцы успокоились и начали активно готовиться к продолжению своего бизнеса

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.