Все дело в науке стр. 2
повторяли два следующих сезона.
Не следует думать, что Джон злоупотреблял своим мастерством. Он не был забиякой. Два-три жителя Холтвилля как-то попробовали надеть боксерские перчатки и отправились к нему, чтобы научиться защищать себя в случае надобности, но их до смерти напугало профессиональное отношение Джона к этому вопросу, а ведь он всего-навсего шлепнул их пару раз в грудь, пока они прыгали вокруг него без толку, суча руками перед собственными физиономиями.
Нет, никто в Холтвилле не хотел "пойти против"
Джона Симмонса.
Однажды днем в начале июля Пит Болей, бакалейщик, вошел в лавку Симмонса крайне возбужденный.
- Привет, Пит, где ты был после обеда? - спросил Симмонс, стоя у прилавка, на котором заворачивал гвозди для парнишки мисс Перл.
Дождавшись, когда тот уйдет, бакалейщик приблизился к прилавку и с важностью человека, принесшего неслыханную новость, сказал:
- Наш Пикник в этом году будет иметь небывалый успех.
- Да ну! А что случилось? - спросил Симмонс, собрав гвозди в пригоршню и бросив их в жестяную бочку.
- Кое-что хорошее, - заявил бакалейщик. - Думаю, в городе не пожалеют, выбрав меня председателем Увеселительного комитета.
- Хочешь привезти цирк?
- Подожди, не торопись. Я был сегодня в магазине Билла Огивли. Поехал за муслином для дочерей.
Знаешь, у Билла новый
приказчик, его зовут Ноттер.
Он приехал сюда из Колумбуса примерно неделю назад. Этот Ноттер меня обслуживал, и я обратил внимание, что рулон муслина он положил на прилавок как перышко - а в нем веса футов эдак тридцать, не меньше.
"Вы не слабак, - сказал я. Он отмерил муслин и кивнул. - Здорово, тем более что физической нагрузки у вас здесь нет".
"Мне она не нужна, - ответил он мне. - Я - атлет. Был как-то чемпионом в матчах любителей в Колумбусе".
"Чемпионом чего?" - спросил я.
"Ну, просто чемпионом, - сказал он. - В легком весе. Я побил всех весом меньше ста сорока фунтов".
Тут бакалейщик прервал свой рассказ и прямо спросил:
- Сколько ты весишь, Джонас?
- Примерно сто тридцать восемь, - ответил Симмонс глухим голосом.
- Я так и думал. Ну так вот, этот Ноттер опять разговорился. Подошел Билл Огивли, и Ноттер рассказал нам обоим, что он был чемпионом в Колумбусе. Несколько лет назад. Одного своего противника он вообще вышиб за веревочные ограждения, и тот два дня валялся без сознания. Я, конечно, все время о тебе думал.
В конце концов я ему сказал: "Ну что ж, мистер Ноттер. Я очень рад, что вы приехали в Холтвилль, и как раз вовремя. Вы можете выступить в боксерском состязании на нашем Ежегодном пикнике Купеческой ассоциации".
"Но ведь в Холтвилле не с кем боксировать", - возразил он мне.
"Есть, есть, - сказал я. - С Джоном Симмонсом - владельцем скобяной лавки. Он каждый день по два часа тренируется с боксерской грушей. Вы его видели?
Вот он и проведет с вами матч. Добро пожаловать!"
"Ну что ж, - отвечает он. - Я бы, конечно, показал ему где раки зимуют - и ему, и любому другому. Но дело в том, что я каждый день, да и вечером тоже, должен быть в магазине и времени