Всё, Рыжая! Доигралась! стр. 89
памятью проблемы. Повторение — мать учения. Да, Марин? — сказал, проводя пальцем по ее нежной щеке.
Заметил, как прервалось ее дыхание, как распахнулись ее глаза, как улыбка сошла с губ. Положил руку ей на затылок, приблизился к ней и повторил шепотом, чуть касаясь ее губ:
— Да, Марин?
И, наконец-то, я ощутил тот вкус, по которому безумно скучал, ту мягкость, которой мне жутко не хватало. А в мозгу промелькнуло: «Не отдам! Моя!»
Но резко поцелуй оборвался. Она уперлась ладонями мне в грудь и оттолкнула.
— Ты…ты… Не смей! — Марина тяжело дышала, как после марафонского забега, как и я. — Не смей! Оставь меня в
покое, Борисов.
— Марин, я же вижу, что ты тоже хочешь.
Она несколько раз моргнула, видел как сглотнула и выдала то, что на ум может прийти только, наверное, ей:
- Борисов, когда я прихожу на выставку яиц Фаберже мне они тоже нравятся и я их хочу. Это не значит, что я их беру, я просто оставляю свои хотелки при себе, потому что непозволительно дорого и проблематично обладать ими.
— При чем тут яйца? Мы говорим про секс.
— Вот именно, мы говорим про банальный секс. Секс я люблю. С тобой у нас в этом отношении была гармония, но с другим партнером у меня другая, своя гармония. Так скажи мне, если я могу получить секс с другим, зачем мне ты? Ты для меня сейчас как яйца Фаберже.
— Поэтому ты готова меня заменить на обычные куриные? — пытаясь успеть за ее логикой, предположил я.
— А смотри-ка, ты не так безнадежен, — усмехнулась она. — Ответственности меньше и проблем меньше.
— Конечно, пойти по пути меньшего сопротивления — твое все. Зачем брать лучшее, если можно довольствоваться подделкой. Так?
— Это ты-то лучшее? Ну и самомнение у вас, господин Борисов.
— Да, самомнение. Я не прав?
Она замолчала на несколько секунд, что-то обдумывая.
— Мне надоел этот бесполезный разговор.
Вновь развернулась, чтобы уйти, остановилась и кинула:
— Спокойной ночи, Олежек! Иди закрой свои Фаберже в своей спальне, а то мало ли украдут, — тихонько рассмеялась и быстро взбежала по лестнице наверх.
— Спокойной ночи! — уже в тишину пустой гостиной ответил я.
29
— Соне доктор посоветовал отказаться от морской прогулки, — "обрадовал" Алекс за завтраком.
— Ну вот! — расстроилась я. — Может, и мне не ехать?
— Даже не думай! Нечего тебе тут высиживать. Езжай, — прервал меня Алекс.
— Доброе утро! — поприветствовал Олег, заходя в столовую.
— Доброе, — отозвалась я, стараясь не смотреть в его сторону.
Этот негодяй стал причиной моей сегодняшней бессонницы. Зачем он вчера полез ко мне со своим поцелуем? Этот вопрос я задавала себе, ворочаясь в кровати. При этом воспоминания о его губах пускали ток по моему организму, заставляя требовательно ныть низ живота.
Его запах, губы, весь он — это то, чего я так жаждала, то, чего хотела больше всего. Но я не должна позволить себе эту слабость. Это убьет меня окончательно. Ему требуется только секс. На данный момент — это как чудесное дополнение к солнцу, морю, курорту. А я…а мне стало этого мало. Я уже не смогу восстановиться после повторения этой такой желанной, но такой запретной шалости. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Значит, Леонидас станет моим щитом от