Всё сама стр. 58
испытывали друг к другу теплых чувств. Сегодня Ивонн с подругами приходила послушать Селию, и я что-то не заметила, чтобы миссис Пирсон сильно горевала по мужу. Теперь, когда леди Эм мертва, а Роджер погиб, никто не спросит, куда он девал хозяйские деньги. К счастью для Ивонн.
Алвира и Вилли переглянулись.
– Думаешь, Ивонн убила и леди Эм? – спросил он.
– Вполне возможно.
– А как же слухи об этом воре, Тысячеликом?
– Не знаю. Даже не знаю, – задумчиво сказала Алвира.
76Наступило время ужина, и гости собрались в столовой. Профессор Лонгворт, Ивонн, Селия и Бренда расположились за одним столом. По соседству с ними сидели Алвира и Вилли, Майклсон, Тед Кавано и Анна Демилль. Разговор в обеих компаниях не клеился.
– Акупунктура творит чудеса, – сказала Теду миссис Мехен. – Не представляю, что бы я без нее делала. Иногда мне даже снится, что в тело вонзаются тоненькие иголочки. И когда я просыпаюсь, чувствую себя намного лучше.
– Да, знаю, – ответил молодой человек. – Моя мама лечит акупунктурой артрит, и ей очень помогает.
– У вашей мамы артрит? – удивилась Алвира. – Она не ирландка случаем?
– В девичестве ее звали Морин Бирнс. А мой отец – ирландец наполовину.
– Я спрашиваю потому, что артрит считают ирландской болезнью. У меня на этот счет такая теория: наши ирландские
предки подолгу оставались на холоде, собирая торф для очагов. Сырость просочилась в их ДНК.
Тед рассмеялся. Какая все-таки славная женщина!
Анна Демилль была не в силах долго молчать.
– Мистер Кавано, я видела вас в баре с мисс Килбрайд. И на ее выступление вы ходили. Мне кажется, она прекрасный оратор. А вы как думаете?
– Согласен, – чуть слышно ответил Тед.
Вилли беспокойно поглаживал карман и радовался, что Алвира не втянула его в разговор про акупунктуру. Она все время настаивала, чтобы он прошел несколько сеансов и полечил больную спину. И неловко было слышать, что мать такого смышленого парня, как Тед, верит в иглоукалывание.
Майклсон слушал без особого интереса, потом увидел в зале владельца «Королевы» – тот прохаживался и беседовал с пассажирами. Похоже, успокаивал их.
Девон бросил взгляд на соседний стол. Там сидели теперь всего четыре человека, и лица у всех были несчастные. В их сторону как раз и направился Грегори Моррисон. Чем дольше агент Интерпола смотрел на него, тем сильнее злился. «Просто я не люблю критику в свой адрес», – успокоил он себя.
Хотелось послушать, о чем говорят соседи, однако он не разобрал ни слова. К тому же Анна Демилль отвлекла его, погладив по руке и нежно спросив:
– Вам сегодня лучше, дорогой?
Моррисон знал, что стулья вокруг стола специально поставили подальше друг от друга, чтобы скрыть отсутствие двоих пассажиров: леди Хейвуд и Пирсона. Оба, на его взгляд, были небольшой потерей для человечества. Однако он все равно должен был выразить вдове свое сочувствие, пусть она и не слишком переживала, судя по ее виду. Моррисон умел отличить крокодиловы слезы от настоящих. Но ему было все равно – главное, никто не обвинит его команду в том, что какой-то болван свалился с перил.
Моррисон поговорил с Ивонн Пирсон и положил руку на плечо Бренды.
– Знаю, вы двадцать лет верно служили миссис Хейвуд.
«И, возможно, убили ее», – продолжил он