Всего один день. Лишь одна ночь (сборник) стр. 392
еда в вашей столовке стала сильно лучше».
И снова мама: «Эллисон, у тебя телефон сломался? Только не говори, что ты и его потеряла. Не могла бы ты со мной связаться? Я пытаюсь распланировать выходные, когда мы к тебе приедем. Думала, может, сходить с тобой на занятия…»
«Элли, привет, это бабушка. Я зарегистрировалась на «Фейсбуке». Но не совсем разобралась, как там все работает, так что добавь меня в друзья. Или, может, позвони. Но я хочу понять, как молодежь этим пользуется».
«Эллисон, это папа. Позвони маме. Да, еще мы пытаемся зарезервировать столик в «Преццо»…»
«Эллисон, ты заболела? Я просто не могу придумать никакого другого объяснения, почему ты не выходишь на связь…»
И дальше все катится по наклонной плоскости, мама ведет себя так, будто последний раз мы с ней разговаривали три месяца, а не три дня назад. В итоге последние сообщения я удаляю просто так, слушаю лишь сбивчивый рассказ Мелани об ее колледже, сексапильных нью-йоркских парнях и о том, какая у них классная пицца.
Я смотрю на часы на телефоне. Шесть. Если я позвоню домой, мамы может не быть, и включится автоответчик. Я толком не знаю, как она сейчас проводит время. Когда мне было семь, она ушла с работы, хотя и не в декрет. Она собиралась возобновить карьеру, когда я уеду в колледж, но дело еще с места не сдвинулось.
Мама поднимает трубку после второго гудка.
– Эллисон, где ты пропадала? – говорит она официозно и с некоторым беспокойством.
– Я сбежала и вступила в секту. – Возникает небольшая пауза, словно она взвешивает, может ли это быть правдой. – Мам, я в колледже. Занята. Пытаюсь как-то приспособиться к нагрузке.
– Если тебе сейчас тяжело, подожди, что будет в университете. А в ординатуре?! Я твоего отца почти не видела.
– Значит, ты должна была к этому привыкнуть.
Мама смолкает. Она еще не привыкла к моей резкости. По словам папы, после возвращения из Европы я заболела «запоздалым подростковитом». Я раньше никогда так себя не вела, но теперь я, очевидно, неправильно все воспринимаю, у меня стала плохая стрижка и проявилась такая неприятная черта, как безответственность, о чем свидетельствует тот факт, что я потеряла не только чемодан со всем его содержимым, но и подаренные часы, хотя мы с Мелани сказали, что они лежали в чемодане, а его у меня украли в поезде. Теоретически это должно снимать с меня вину. Но не снимает. Возможно, потому, что я все же виновата.
Мама меняет тему:
– Ты посылку получила? Одно дело, что ты меня игнорируешь, но бабушку надо бы поблагодарить.
Я скидываю с доставленной ЮПиЭсом коробки мятую несвежую одежду. Там в голубой пленке с пузырьками лежит будильник с Бетти Буп и коробка черно-белого печенья из «Шрайнерз», нашей местной пекарни. К коробке приклеена липкая бумажка с надписью «Это от бабушки».
– Я подумала, что эти часы идеально дополнят твою коллекцию.
– Ага. – Мои будильники стоят в шкафу, еще не распакованные, как и все остальные вещи, что я привезла из дома.
– А еще я заказала тебе кучу новой одежды. Отправить ее тоже посылкой или привезти с собой?
– Да привези, наверное.
– Кстати, надо утвердить планы на «родительские выходные». Мы пытаемся зарезервировать столик
в