Всемирный следопыт, 1925 № 07 стр. 102
— «Я с вами. Я помогу вам». — А хоть бы и так? Лучше с нами, чем против! Что побудило его притти, — не все ли равно. Наша девушка? — Верно! Но, ведь, девушек-то наших у них полные гаремы. Выбирай любую. А он к нам. Может и восчувствовал горе наше? Что же выходит? Верить — не верьте ему, а гнать тоже не за чем… Авось пригодится. Верно я говорю? — И ткнув опять пальцем в кончик носа, он сошел со скалы.
Акса-Гуам вытер со лба пот. Он совершенно не ожидал такого поворота дела. Он привык смотреть на рабов, как на безгласное стадо, забитое и покорное. Довольно сказать им ласковое слово, погладить по шерсти, и они пойдут за ним. Он снизошел до них. Он так долго умилялся своей ролью благодетеля и спасителя. И вдруг — вся эта сходка превратилась в какой-то суд над ним. Эти резкие, свободные речи о нем, о его личной жизни, этот язвительный или насмешливый тон… Он чувствовал, как против его воли, в нем поднимается вековая ненависть и презрение его касты к рабам…
Суровый и гордый поднялся он на скалу.
— Я пришел помочь вам, а вы судите меня. Я не собираюсь делаться вашим царьком. Пусть «Злой» станет во главе восстания… Я…
Толпа вдруг заволновалась, расступилась. Через толпу, расталкивая рабов, быстро шел Куацром. В руках он нес какой-то мешок.
— Расступись! Расступись! Важное известие!..
Куацром подошел к скале, поднял мешок и вытряс из него на землю какой-то круглый шар.
— Что это?… — с недоумением спросил Акса-Гуам, — и вдруг, побледнел и в ужасе отшатнулся.
Освещенная лунным светом, на него смотрела остеклянелыми глазами головы его отца, жреца Шишен-Итца…
Акса-Гуам схватился за скалу, чувствуя, что теряет сознание.
Ата истерически вскрикнула.
— Шишен-Итца узнал о восстании и шел к царю, чтобы донести на тебя и предупредить его о восстании, — заявил Куацром, — Адиширва сказал мне: «Задержи во что бы то ни стало Шишен-Итца, чтобы он ее донес о заговоре рабов: Я не мог иначе задержать его… Лучше он, чем ты. Он был злой господин… Чтобы не сразу узнали, кто убит, я отрезал голову и унес в мешке… Вот… Я сделал, как мне было приказано…
Толпа выслушала эти слова в полном молчании.
Акса-Гуам сел на камень и опустил голову на руки.
Ата боязливо жалась к нему, не решаясь открыт проявить участие.
Когда первое впечатление прошло, рабы начали обсуждать создавшееся положение. Теперь царь неизбежно должен был узнать о готовящемся восстании. Также неизбежна тяжкая расплата за заговор. Надо было решаться действовать немедленно. После долгих и горячих споров, план восстания был выработан. Решено было итти приступом на Священный Холм.
Но тут неожиданно на скалу поднялся Адиширна-Гуаеч.
— Этот план никуда не годится, — сказал он решительным голосом.
— Брат?! — воскликнула Ата.
Акса-Гуам поднял голову и с недоумением посмотрел на Адиширну.
— Священный Холм прекрасно укреплен со стороны каналов. Мосты могут быть подняты. Вы должны будете наполнить трупами каналы, прежде чем перейти их. Но там вас встретит бронзовая щетина копий. Мы поведем на приступ