Выбор Невменяемого стр. 183
пришел и дал мне варенье.
— Кто бы сомневался! — бормотал Кремон, подхватывая дочь на руки и устремляясь к флигелю. — Это нам обоим повезло: я каши наелся, да и ты голодная не осталась.
Уже давно присматривающиеся к нему болары сразу встретили утверждением:
— Наши посыльные готовы к вылету, ждали только твоей отмашки.
— Это хорошо, что я успел. Надо добавить еще один абзац. Где писари?
— Вон три бездельника прохлаждаются.
— Эй, ребята! Приготовились?
И Невменяемый быстро продиктовал еще один, очень важный пункт. Конечно, он жутко сомневался и опасался опозориться на века из-за своего незнания истинной обстановки, но в данном случае положился на собственную интуицию и умение рассуждать логически. А уж если впоследствии кое-что и не совпадет с действительностью, ну не казнят же его за это, в самом деле.
Суть заключалась в том, что любому ребенку с Признаками давалось почетное право побывать во сне на луне Марге, на видимой, обращенной к Миру Тройной Радуги стороне. И не просто побывать, а побывать с почетной миссией: посадить древо дунитов, проследить за его ростом и при возможности поиграть в воздушных потоках со своими сверстниками. Почему-то возникала уверенность, что магические сущности Марги, их помощницы тучки, а возможно, и еще какие-то силы постараются сводить в одном месте детей примерно одного возраста. И уж никак четырнадцатилетние создания не окажутся рядом с трехлетними малышами.
Про детей без Признаков в готовящихся «Советах» отдельной строкой просто писалось: «…данный феномен еще не исследован. Есть предположения, что эти дети от съедания волшебного фрукта ничего не испытают. Но если у них и получится путешествие на видимую нам сторону Сонного Мира, пусть очень добросовестно отнесутся к посадке своего дерева. Иначе дуниты и для него придумают болезненное наказание».
Дополнительные копии писались прямо на глазах и сразу отдавались готовым в полет парам посланцев. Как только листок оказывался в общем футляре, а футляр во внутренностях сферы, разумные растения срывались с места и скрывались за густыми кронами деревьев. И наконец наступил момент, когда во флигеле осталась всего одна пятерка боевых боларов во главе со Спином да три писаря из царского указа. Последним вообще нравилась такая работа, тем более в такой день, когда дворец находился в трауре и во все стороны света рассылались срочные телеграммы, письма и сообщения.
Вдобавок и Невменяемый подумал, что неплохо бы загрузить парней работенкой по самые уши. Меньше будут болтать где не надо, и слухи о готовящихся к выпуску «Советах» дойдут до нежелательных ушей намного позже. Тем более что парни шибко грамотные, могли и сами не на шутку заинтересоваться тем, что написали.
Во избежание преждевременной огласки один из боларов был послан за пачками бумаги и чернильными принадлежностями, а писарей заставили делать копии в количестве «отсюда и до полуночи». С четырехразовым питанием прямо на месте. Скорей всего, они и сами уже будут завтра вспоминать суть копий с отвращением и дрожью в теле. А уж рассказать кому-либо о сути написанного не пожелают и в страшном кошмаре.
И только потом молодой папаша среагировал на нетерпеливые рывки маленькой ручонки:
— Дядя, дядя! Так когда мы полетим? Уже и боларов почти не осталось!
— Хо! Зато остались самые лучшие! Ты только глянь, какие они сильные, толстые и