Взгляд сквозь пальцы стр. 129
лаем. Он рухнул на спину и стал валяться на полу, извиваясь в пароксизме собачьего счастья, повизгивая, предлагая почесать пузо, яростно виляя хвостом. Даже пустил маленькую струйку, чего с ним не случалось со щенячьих времен. Потом кинулся вылизывать мое мокрое, зареванное лицо, вновь упал на пол и прихватил зубами мою руку, требуя немедленного ответа на приступ восторженной любви… Я чесала безупречно породистые уши, пузо, рыжее пятно на груди – и чувствовала, что осталась жива.
– Мам, ты что?
Макс отпустил мою руку и умчался в коридор – так, что задние лапы занесло на повороте.
– Катюш, все хорошо. Просто сон дурацкий приснился, целый день из головы не идет. Извини. Все уже прошло.
– Правда? Ой, мам, смотри!
На пороге с поводком в зубах возник Макс и уставился на меня – преданно и выжидающе.
– Ко мне!
Макс мгновенно выполнил команду: подошел и остался стоять, виляя хвостом так, что создавался ощутимый ветерок.
– Сейчас пойдем, хорошая собака! Умница, Макс!
– Мам я ухожу, Алинка ждет! Где бадминтон?
– Погоди, достану со шкафа.
Катька унеслась с воланчиком и ракетками, я закрыла за ней дверь и обнаружила на полу в прихожей что-то черное, маленькое. Оно лежало прямо под большим зеркалом, висящим на стене. Я присела на корточки и увидела брошь-обидомэ – ту самую. Не веря глазам, взяла ее и ощутила, насколько приятно ложится она в ладонь.
Я выпрямилась и увидела в пыльном зеркале – себя. Это была я – правда, с новыми морщинками между бровей и в уголках рта. Лицо похудело и осунулось, вылезли скулы, взгляд стал жестким. Да, я осталась собой, но изменилась, ведь другого пути для этого нет. Человек и оборотень меняются, оставаясь собой.
Маленькая изящная вещь лежала у меня на ладони, поблескивая золотой гравировкой. Тонкие линии очерчивали силуэт стрекозы. Как мастеру несколькими штрихами удалось передать ощущение стремительного полета? Стрекоза-томбо, приносящая счастье и удачу, символ воинственной отваги. Воплощение коварства и ненадежности. Грозный летающий хищник. Неужели лиса сделала подарок на память? Что она хотела сказать, покидая меня? Что я оказалась достойным противником, сильным и отважным? Или что использовала ее в своих целях и переиграла, обрекая на скитания в потустороннем мире – на время или навсегда? И, несмотря на все это, она желает мне удачи?
Повинуясь внезапному толчку изнутри, я взглянула в зеркало сквозь пальцы – и увидела длинный, уходящий в бесконечность темный коридор, по которому семенила, уменьшаясь на глазах, маленькая фигурка в кимоно.
– Нет! Не надо! Хино-сан, не уходи! Вернись, Изуми! Вернись! Вернись же! Останься со мной!Она услышала мой безмолвный крик и остановилась. Волной накатили
облегчение и восторг, а в следующий миг она уже глядела мне в глаза. Ее лицо изменилось, как и мое: она больше не была той ослепительной красавицей, которая смотрела из зеркала, прикрываясь веером. Но глаза сияли – почти как тогда. И во взгляде читались изумление и благодарность.
Если бы не она, меня уже не было бы в живых. И деньги по-прежнему лежали бы в чужом сейфе. И Дашка…
Она застыла в глубоком поклоне. Я слегка поклонилась в ответ – и только потом она выпрямилась, взглянула мне в глаза, улыбнулась и исчезла. В зеркале вновь отражалась я – исхудалая, осунувшаяся, но живая.
Пошатываясь, я побрела в спальню.