Химия навсегда. О гороховом супе, опасности утреннего кофе и пробе мистера Марша стр. 72
нитратсодержащие соли еще более растворимы (вот почему у нас нет гор, состоящих из нитрата натрия, как мы видели в главе 14). Белесая субстанция, остающаяся после костра или шашлыка, – зола – состоит из частиц органической материи, которые не сгорают и не образуют газы. Это по большей части ионы металлов, преимущественно калия (К + ), а также натрия, и карбонат-ионы (СО3 2– ), которые нужны ионам металлов для образования нейтральной соли.
Добавление К2СО3 в котлы приводило к образованию некоторого количества белой мути, которая оседала на дне. Это карбонат кальция и магния, СаСО3 и MgCO3, – тот же белесый налет, который вы обнаруживаете на дне и стенках чайника, если живете в местности с жесткой водой. Хлорид натрия также менее растворим, чем KNO3, и, выражаясь языком химии, он «выделялся из раствора». Оба этих осадка затем удаляли и выбрасывали. После этого, пока котлы медленно остывали, в них формировались кристаллы KNO3 – вероятно, сначала на поверхности и стенках сосуда, – и наконец, после длившегося целую неделю процесса, Пер и Эсбьёрн могли собирать кристаллы нитрата калия и везти этот продукт на королевский пороховой завод для дальнейшей переработки.
K + (горячая H2O) + NO3 — (горячая H2O) → охлаждение и частичное испарение → KNO3 (кристаллы) + H2O.
Ну а затем они перебирались к
следующему несчастному крестьянину. Вот только в тот день возникли определенные осложнения, поскольку на глубине полуметра в земле под коровником господина Йонса они обнаружили человеческий череп. Вызвали земского начальника Ингевальда Кнутссона Пеппанеса с помощниками, и началось расследование с тщательным допросом местных жителей. Состоявшийся 23 июля 1708 года экстренный окружной суд постановил, что череп пролежал в земле долгое время и что невозможно продвинуться дальше в этом расследовании, поскольку никто из жителей деревни не признался, что ему что-либо известно об этом деле.
Крестьяне не испытывали добрых чувств к зелейщикам, в особенности из-за того, что те иногда были не из местных и приезжали издалека, чтобы заниматься своим ремеслом. Может быть, в этой деревне встретил свой страшный конец какой-нибудь особенно грубый и безжалостный представитель этого рода королевских войск, который невольно сам себе вырыл могилу и был убит недовольным крестьянином? Справедливости ради надо отметить, что в Англии зелейщиков ценили ничуть не больше: к примеру, допущенные ими злоупотребления обсуждались в парламенте в 1606 году.
Еще одна версия, гораздо сильнее щекочущая нервы, предполагает, что дело было в ссоре между преступниками, совершившими одно из самых знаменитых нераскрытых преступлений в криминальной истории Швеции. Речь о двойном ограблении казначейского обоза шведской армии, известном как «Лосхультский рейд».
Сумма ограбления составляла около 4 миллионов фунтов стерлингов в сегодняшней валюте. Сначала часть денег забрали крестьяне в Лосхульте – небольшом поселении в лене Сконе, сразу за старой границей с Данией, в 4 милях к югу от Эльмхульта. Затем, когда обозы с охраной отступили на север, в Смоланд, и остановились в Эльмхульте, рядом с постоялым двором, считавшиеся преданными короне местные шведы забрали все, что еще оставалось в обозах. Это ограбление до сих пор считается самым крупным в истории Швеции, причем вернуть удалось лишь малую толику награбленного и всего несколько преступников были наказаны.
Зелейщики продолжали свою работу и в XIX веке. В 1805 году шведский король отказался от своих прав на землю под конюшнями и сараями, и производство нитрата калия перестали регулировать.