Библиотека

Химия навсегда. О гороховом супе, опасности утреннего кофе и пробе мистера Марша стр. 79

Размер шрифта
-
+
Тема

к заключению, что беспорядок в обмундировании был вызван недостатком пуговиц или даже что невозможность застегнуть пуговицы при –30 °C могла привести к неверным заключениям из-за неправильного перевода или неверной интерпретации.

Для тех, кому все равно хочется думать, что эта история произошла на самом деле, есть одна соломинка, за которую можно уцепиться. Тьерри Ветт, специалист по французской армейской форме, который участвовал в исследовании массового захоронения в Вильнюсе, пришел к заключению, что для такого количества идентифицированных остатков обмундирования количество оловянных пуговиц очень мало; похоже, множество их просто отсутствует. Однако, если принимать во внимание общий беспорядок в одежде и форме, это доказательство вряд ли можно считать убедительным.

Итак, развенчав этот исторический миф, можем ли мы предложить вместо него что-то другое, чтобы помешать студентам засыпать на лекциях? Что ж, есть один весьма прозаический инцидент. На ведущей на запад дороге между Вильнюсом и Каунасом, у деревни Паняряй, есть холм, который во время отступления французской армии был покрыт снегом и льдом. Отсутствие слоя мелких частиц диоксида кремния в форме кварца (более известного как песок) на этой дороге помешало обозам с французской казной и другим тяжелым повозкам продвинуться дальше этого места. Это привело к серьезным финансовым потерям и недостатку вооружения (хотя принесло целое состояние тем немногим счастливцам, кому удалось похватать

мешки с золотом с покинутых обозов до прибытия казаков). Еще более трагично то, что повозки с больными и ранеными тоже пришлось бросить, и многие из них, без сомнения, оказались в массовых захоронениях, найденных в 2001 году.

Итак, война была проиграна не из-за нехватки пуговиц, но казна была потеряна из-за недостатка песка, и, возможно, именно это сыграло роль в окончательном падении Наполеона пару лет спустя.

18

О чем предупреждал Марк Витрувий Поллион

В этой главе мы познакомимся с металлоорганической химией, которая прежде была бичом городов, а теперь является важной частью производства и исследования лекарств.

Сельские районы Массачусетса восхитительны поздним летом. Классическая новоанглийская архитектура в сочетании с газонами, садами и зелеными рощами создает потрясающе гармоничную картину. В солнечный день самое время прогуляться по студенческому городку Амхерсту. Однако через несколько кварталов на этой идиллической картине проступает отчетливая трещина: реставрируется традиционный деревянный белый дом, и знак с изображением черепа и скрещенных костей на лужайке предупреждает, что нам нужно держаться подальше из-за опасности отравления свинцом.

Оказывается, традиционный белый цвет, в который здесь красили дома, часто давали краски на основе свинцовых пигментов. Использование свинца в красителях постепенно сошло на нет к 1978 году, но до сих пор является проблемой, если судить по брошюре на шести языках, выпущенной американским Агентством по охране окружающей среды, и по уголовным делам, возбужденным против риелторских компаний и домовладельцев, не уведомивших арендаторов и покупателей жилья о содержании свинца в их домах.

Марк Витрувий Поллион, наверное, согласился бы с этой брошюрой и с соответствующими законодательными инициативами, и наверняка точно так же поступила бы Элис Гамильтон. Несмотря почти на два тысячелетия, отделяющие римского инженера от первой женщины-преподавателя в медицинской школе Гарварда, их объединяет борьба с опасностью, которую свинец представляет для рабочих и общественности.

Мы знаем не так много о жизни Марка Витрувия Поллиона – архитектора и инженера, жившего в I веке до н. э. и больше известного как Витрувий, за исключением того, что можно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.