Библиотека

Хозяйки судьбы, или Спутанные Богом карты стр. 230

Размер шрифта
-
+
Тема

десятилетке, правда, справедливости ради отметим – не самыми радивыми учениками). И тут я вижу, как вся эта публика разворачивается на 180 градусов в мою сторону – и девочки, и бармен. Я покрываюсь испариной и выдавливаю из себя жалкое подобие улыбки. И на всякий случай отодвигаюсь от него подальше – диванчик позволяет сантиметров эдак на пять-шесть. Он радостно делает то же самое в мою сторону. Отступать некуда, только если бежать. Он что-то мне рассказывает, закидывает ногу на ногу, раскуривает трубку, и в этот момент я начинаю сомневаться, а вдруг я не права? Может, человек просто захотел побеседовать, хотя собеседник из меня... прямо скажем. Из жалкого набора слов, которые я в другой, менее ответственный момент, может быть, и вспомнила бы, сейчас осталось только «сорри» и «фенькью» – очень миленько и обнадеживающе. Именно это я и лепечу примерно раз в минуту. А его, кажется, это не слишком задевает.

«Господи, ну что ему надо? Я его совсем не понимаю!» И под прицелом любопытных и внимательных глаз ну никак не могу собрать волю в кулак и объяснить дяде, где находится «ресепшен», или справочное, как говорили тогда, где полно квалифицированных англоговорящих людей, которые дали бы ответы на все его вопросы. А то привязался к девочке какой-то полудебильной! Хотя разве у него вопросы? Что-то рассказывает, улыбается. А теперь вот что-то вопрошает.

Господи! За что мне все это? Мне, далеко не самой робкой, а вот ведь закомплексованный совок – весь как есть, никуда от него не денешься. Бородач подвинулся ко мне совсем уж интимно и начал называть какие-то цифры. Да... Девочка-то была когда-то совсем неглупая, а вот беременность, тяжелые роды и грудное вскармливание свое дело сделали. Ну спасибо, хоть не обидел. Сто долларов предлагаешь? Нет, не мало, совсем не мало, а очень даже много. Чересчур даже. На уровне цена, только как бы тебе объяснить, что я здесь по

другому поводу? И только я собралась резко встать и оскорбиться, как увидела его расширенные от ужаса глаза и абсолютно откляченный подбородок. Он смотрел на меня, но не на лицо, а ниже, ну, на грудь, в общем. Господи, ну а там-то он чего не видел?

Я опускаю глаза и вижу причину его, мягко говоря, удивления: на черном трикотажном платье медленно, но очень верно и равномерно расплываются два огромных молочных пятна. Да не просто пятна, а уже вот-вот через пару минут можно будет подставлять тару. Бармен! Элегантный конусообразный бокальчик под мартини подойдет! Мне стало смешно. Решил сластолюбец девочку снять и выбрал загадочную с синяками под глазами, видно, ну очень порочная девочка. А девочка не загадочная, а озабоченная, а синяки под глазами – от бесконечных бессонных ночей. Так вот! А тут такое! Вот уж он расскажет на своей сытой родине, что кормящие матери на панель выходят. Вот страна! Вот довели! Потом мы увидим, что вправду до этого доведут, но это будет спустя лет двадцать. А тут – другой случай. А еще мне стало жутковато под прицелом глаз: ни прикрыться, ни укрыться! Вот тебе и выход в свет, вот и погуляли! И все мое упрямство! Ребенку дозвониться! А ребенок-то спит и в звонках твоих

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.