Хрупкий лед (СИ) стр. 81
Потому, откашлявшись и продолжая гладить Настю по волосам, все еще надеясь ее утешить, поинтересовался:
— А что она еще сказала тебе?
ГЛАВА 11
Настя долго разговаривала с Валерием Федоровичем. Нет, не призналась до конца во всем, что услышала от тети Наташи. Ну, то есть, о своих мыслях и домыслах, о чувстве вины, возникшей от слов тети Наташи. Что она из-за своего стремления быть счастливой, не терять того восторга, который испытывала находясь рядом с Сашей, того блаженства, что переполняло ее, когда он целовал, обнимал, любил ее — поступает как последняя эгоистка. И лишает любимого возможности реализовать мечту, которой он жил задолго до их первой встречи.
Этого всего она не говорила тренеру. А спрашивала о том, как тренируются хоккеисты. Не в секции, не в кружке — это она знала сама. А по-настоящему, в реальных командах. Интересовалась нагрузками и графиком сборов. Хотя бы приблизительным. Чтобы больше понять.
Валерий Федорович отвечал не очень охотно. Но честно. Даже когда она о его браке спросила. Но при этом постоянно упоминал, что при желании со всем можно справиться, даже при самом загруженном графике. Валерий Федорович, похоже, был настоящим оптимистом. Потому как Настя не видела для себя оптимального выхода.
И потому не отмечала ничего странного в том, что эти оговорки тренера почему-то не проникали в душу. Видно слишком прочно там обосновались слова тети Наташи о том, что Настя будет только мешать Саше на пути к большому хоккею. И если честно, практически все, что она слушала из ответов тренера о ритме жизни игроков — подтверждало такое мнение.
— Вот это да, засиделись мы с тобой, егоза, — прервав ее мысли, вдруг проговорил Валерий Федорович, глянув на свои часы. — Смотри, время к восьми, тебя дома уже заждались, наверное. Давай-ка я тебя проведу домой. Ты поешь, выспишься, а утром поймешь, что со всем не так и сложно справиться.
Подмигнул ей тренер, поднимаясь со скамейки. И протянул руку, чтобы помочь подняться Насте.
Но она не приняла предложенную помощь, только посмотрела на Валерия Федоровича снизу вверх:
— А можно я здесь на ночь останусь, Валерий Федорович? — тихо попросила Настя. — Я не хочу домой. Там Саша меня точно искал. И он сразу придет, как только я появлюсь. А… Мне еще подумать надо, понимаете? Понять, что и как. А если он рядом будет — я не смогу. У меня мысли разбегаются, когда он рядом, — честно призналась она, ощущая какую-то грусть. — Вы не бойтесь, я не намусорю, и не сломаю ничего. В раздевалке посплю…
Валерий Федорович казался ошарашенным такой ее просьбой.
— Настенька, ты что? Егоза, не выдумывай! Тут спать негде. И ты наверняка голодная! Да и бабушка твоя, ведь точно волнуется! Ты подумала об этом?
— Я позвоню ей от вахтера, Валерий Федорович, — Настя обхватила себя руками, испытывая какое-то горькое и безнадежное отчаяние. — А ужин, кровать… — она помолчала. Облизнула губы. — Вы не переживайте, тренер. Мне не привыкать. На самом деле, вы даже не представляете, как здесь хорошо и удобно, — невесело улыбнулась Настя, вспомнив месяцы своего бродяжничества по стране. — Мне нормально будет. Только я не могу сейчас вернуться домой. Никак не могу, правда.
На самом деле, она испытывала такое отчаянное нежелание сейчас