Библиотека

За чертой времени стр. 413

Размер шрифта
-
+
Тема

проверь».

— Ну гляди, чертов сын: с огнем играешь.

— Ага. — «Куда он, паршивец, убежал? Такие крепкие поводья, и оборвал, вот скотина».

— Лишнее, тряпки и прочее — к чертовой матери! Выкидывай!

— Ясное дело. А немчура нас не нагонит?

Повозки одна за другой, тарахтя, выносились на просеку, скрывались.

…Получив четыре банки тушенки на себя и на Лосева, Давлетшин вернулся, подложил под голову «сидор», обнял обеими руками «Дегтярева». Затих, закрыл глаза. Вспомнил, сказал:

— Потом пожрем. Ага?

— Угу, — промычал Лосев, одним ухом стороживший наружные звуки.

О чем болтать? Все предельно понятно — прикорнуть, подремать, а если подвезет — уснуть по-настоящему. Повозился, прилаживая костлявый бок к неровностям земли, прижался к Акрамовой широкой, как печка, спине и тоже ушел на дно тихого омута, не оставив на дежурстве и пол-уха, потому что кругом была рота, батальон, кругом выставлены сторожевые посты, да и, наверно, разведка отправилась прочесывать, высматривать, прослушивать окрестности. Так что спи, Захар Никифорович, лови сон, накидывай его в суму свою. Хоть часок, да твой. И то дело, бо-ольшое дело. Гром боя — не помеха, привык. Да и надо доспать. Надо позарез.

И Лосев, и Давлетшин глубоко приняли в себя неписаный фронтовой закон: в сутки любой ценой накопить четыре-пять часов сна, самое малое, а то не потянешь, выдохнешься быстро, и тебе амба, и ты не солдат, а мочало на заборе. И они набирают эти часы — по крохам. Курица тоже по зернышку клюет, а к вечеру сыта бывает. Копят по пять, по десять минут, иногда по полчаса, реже часок удается, как сейчас, — смотря по обстановке, смотря на течение событий и дел: переходы ли, короткие остановки, вынужденный ли простой; когда командиры выясняют, совещаются, или когда взводного, ротного ли потребует комбат; в ожидании кого-то, чего-то, да мало ли по каким причинам происходят задержки, осечка, просто путаница и неразбериха. И всегда удивительно солдату: когда же офицеры-то спят? Ведь постоянно, день и ночь, на ногах, в заботах, словно белки в колесах. Нет, уж лучше быть рядовым и отвечать только за себя. Приказали за час прибрать себя, «пообедать» и наладить оружие — сделай за пять минут: лучше, если оружие всегда готово (блюди его на ходу, между делом, не запускай), пожрать можно стоя (конечно, шутка: больше влезет), а чтобы переобуться, перевернуть портянки — несколько секунд. Сколь затратил минут? Остальные пятьдесят пять твои, законные-сонные. Мышкин разбудит.

Охотно соблюдал раньше этот солдатский закон и Микола Маслий. Недавно назначенный командиром отделения, он с первых дней пожалел, что «схватил голый крючок, без наживки». Хотя кто отказался бы от такой чести, от старшинства, от признания твоих заслуг и способности повелевать и распоряжаться целым отделением. Взялся за гуж… Маслин чаще прежнего подкручивал кончики своих рыжих чапаевских усов: теперь попробуй сам никогда не ошибаться, все делать правильно, разумно, отвечать за каждого балбеса, у которого насчет солдатской жизни В голове сумерки. И чтоб все были невредимы, убережены и набили целую кучу фрицев. Троих уж убило, по-глупому: во весь рост потащили раненого, и снайпер уложил и добил. Привязался Мышкин, замахал руками:

— Где их медальоны»? Не взял? Иди и принеси.

Послал одного — не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.