За право летать стр. 176
марцалов, и жалкое земное сопротивление, знали, что воевать придется в трудных условиях, без помощи искусственных органов зрения, но, к большому своему сожалению, и не подозревали о существовании проекта «Гавриил». Свободные, слетавшиеся сейчас к Земле, знали, что марцалы опять «бьют наших», но даже не предполагали попасть на такое замечательное лазер-шоу. А российский президент, так и не уехавший из Пулкова, знал, что у него появились какие-то большие преимущества, но понятия не имел, какие именно и как ими распорядиться.
А главное – никто и в мыслях не держал, что на сцене появились эрхшшаа.
В результате:
Марцальская верхушка, уверенная в том, что имперский посол прибывает именно к ней, а не к аборигенам, в полном охренении обнаружила, что на встречу её не пригласили и даже, применив силу, не выпустили из резиденции. Имперцы, готовившиеся к победной высадке и приему двойной капитуляции, потеряли примерно треть своего флота и столкнулись с необходимостью о чем-то договариваться с теми, кого до сих пор обоснованно считали «природными ресурсами». Свободные, собиравшиеся быстренько напинать марцалам и разлететься в разные стороны, задержались, потому что на Земле становилось интересно. А президент, профессионально тянувший резину, согласовывая термины и протокол, вдруг заметил, что дверь зала, наскоро приспособленного для переговоров, приоткрыта, а за дверью стоит Павел Петрович Мартынов и жуткими гримасами, сопровождаемыми бурной жестикуляцией, сигналит: «Бросай все, иди сюда, здесь наливают!»
Президент передал слово помощнику и пошел на зов.
– Ну? – мрачно спросил он.
– Вот, – ответил Мартын. И показал пальцем. Вокруг стола сидели незаменимый специалист по дезинформации Коля Ю-ню, давешний контуженый полковник, парочка в больничных пижамах, молодая женщина в халате, женщина постарше в зеленой хирургической форме и с двумя младенцами на руках, одноглазый пират и молодой кореец.
Президент моргнул.
– Да вот же! Не туда смотришь!
Президент посмотрел куда надо. У стены стояли и разговаривали молодая женщина и трое инопланетян неведомой расы, не значившейся ни в одном каталоге.
– Господин президент, – вмешался давешний полковник. Тот, который спас Питер от уничтожения и накрыл марцалов с поличным. Сейчас, как фамилия… Липовецкий. – События развиваются слишком быстро, и вы, наверное, ещё не знаете, что переговоры удобнее было бы вести мне и госпоже Гофман – полномочным представителям народов Земли и народа эрхшшаа.
Вита и трое инопланетян шагнули вперед, одинаково прижали кулаки к головам и поклонились.
– Госпожа Гофман, её сын Кеша, господин Ирриша-рейт, его супруга Рри, – по очереди представил Адам, затем указал на президента. – Наш Главный Передающий и главнокомандующий войсками Владимир. Это он должен объявить миру о заключенном нами договоре.
– Каком договоре? – не разжимая губ, спросил президент у Мартына.
– Союзном! – отрапортовал тот. – Адам, не томи, объясни человеку, в чем дело.
Объяснение заняло минуты три. И произошло то, чего никто никогда не видел. Президент, сдержанность которого вошла в поговорку, расплылся в идиотской улыбке и с беззвучным индейским воплем изобразил что-то похожее на уходящего со старта лыжника. Вита кашлянула. Президент – с тем же выражением лица – сгреб её и Кешу в охапку, расцеловал обоих и уже спокойнее отдал распоряжение Мартыну:
– Наливай.
– Не рано? – спросил острожный Мартын.
– Нормально, – вмешался Коля и полез в карман за фляжкой. – Тем более – я не за рулем.
Партия развивалась так.
Земля провозгласила себя