За право летать стр. 178
знали, что нужно торопиться. Мы вообще не знали, что тут… так плохо.
– А если бы и знали? – пожала плечами Мальборо. Док Майе вдруг уронил ложку, встряхнул головой, пробормотал что-то извиняющееся на неизвестном языке, переполз на кушетку и захрапел громко и вдумчиво.
– Мы бы давно уже забрали вас к себе! – горячо сказала Римма. – Потому что… потому что… Ну это же здорово – летать! Да вы скоро и сами узнаете. Это очень просто. Просто берешь и летишь. Надо только забраться повыше.
– И оттолкнуться посильнее, – согласился Геловани. – Постой, – вдруг пробила мысль. – Ты говоришь – сами узнаем. Это значит?..
– Ой, а я разве ещё не говорила? Я вам всем подарила по кокону. Они ещё маленькие, но на солнце дня через два… Если не хотите, не пользуйтесь, – сказала она почти испуганно, натолкнувшись сразу на три ошалелых взгляда. – Колхоз – дело добровольное… а они ещё маленькие…
Лицо её вдруг стало отрешенным, почти пустым, а потом – расцвело.
– Летят, – рассмеялась она. – Смотрите!
В рассветном небе над Пулково, а может быть, и над всем Питером, а может, и над всей Землей – возникло множество ярких точек. Они приближались, росли, становились разноцветными, причудливой формы – корабли, кораблики, глайдеры, бублики, бочки, батискаф, груда пены, чайник, бутон, плюшка, велосипед… Среди них не было, наверно, и двух одинаковых, и, конечно, там не было ни чайника, ни велосипеда, но человеческий мозг так устроен, что старается подобрать название всему, что видит глаз. Этот рой бурлил, искрился и переливался, а затем расслоился на две части. Те, что остались вверху, по-прежнему сталкивались и разбегались, чертили стремительные фигуры, за некоторыми тянулись цветные дымки, расцветали россыпи фейерверков… Самые крупные, двигавшиеся неторопливо и без особых фокусов, зато целеустремленно, уже почти достигли земли, да, они приземлялись, приземлились, открыли шлюзы, оттуда высыпало множество людей, а корабли, почти не промедлив, закрылись и так же неторопливо устремились вверх.
– За теми, кто прилетел без ничего, – пояснила Римма. – Мы не можем спуститься на планету просто так. Но многим это и не нужно.
Маленькие кораблики, кружившие в вышине, выстроились неровной восьмеркой… нет, двумя почти соприкасающимися кольцами, развернулись в четыре, раскрылись восьмилепестковым цветком. «Как они умудряются двигаться так слаженно?» – подумал Геловани. «Они же телепаты, – рассмеялась Римма. – Каждый видит картинку, которую надо сложить, и свое место в ней. Все очень просто». «Ничего себе про…» – начал думать Геловани и обернулся к Римме. «Ну да, – она и вправду смеялась, – ты же меня спас, ты меня нес. Твой кокон уже успел сформироваться. Я не знаю, на каком расстоянии он
работает здесь, на поверхности, но если ты полетишь с нами…»
– Смотрите! Смотрите! – завопил Исса.
Геловани понимал, что надо куда-то смотреть, но мышцы словно парализовало. Он так и стоял – покачиваясь и время от времени разевая рот, – пока Мальборо, выругавшись вполголоса, не вылила ему за шиворот остатки чая.
– Соня! – задохнулся он.
– Извини, – сказала она. – Но вообще-то – иди ты к черту.
* * *И она, подтолкнув его к распахнутому окну, резко повернулась и выбежала вон.
Было прохладно и арбузно-свежо. Коля глубоко вдохнул и задержал дыхание. Впервые за последние дни он почувствовал, как бьется у него сердце: слегка поскрипывая и иногда