За право летать стр. 8
а потом ломишь паровым катком, фиг с ними, с потерями. Одних побьют – новых нарожаем. Были б деньги. Гениальная игрушка! Подожди, а ты разве не играла?
– У меня не пошла, оперативки не хватило.
– А у тебя мозгов сколько?
– Шестнадцать, – смутилась Вита.
– Плохо тебе, – посочувствовал токарь. – Надо добить. Чтоб не мучилась. Тебе кто машину собирал?
– Да просто в магазине купили.
Токарь лишился дара членораздельной речи:
– Да вы… да на хрена… та епть… лишние, да? В магазине! Ну бли-ин…
– А что, по-твоему, – обиделась Вита, – у меня свои? Папа сказал, чтобы только на гарантии! Если грохнется – ты будешь чинить?
– А хотя бы и я! У тебя мать какая? Родная?
– А я знаю?
Академик отвлекся от летающих тарелок и напрягся.
– Придется смотреть. К тебе когда лучше подъехать? – Токарь полез за блокнотом. – Хрена ль нам эта гарантия… Что-нибудь подберем. Наверняка там внутри распальцованных железяк до черта, сделаем встречный апгрейд. И мы с тобой по сеточке, по сеточке…
– Вита, – вежливо сказал академик, – можно тебя на минуточку?
«Легионер» захлопал глазами:
– Пап, ты чего?
– Макс, – вмешался издатель, – не хочу тебя огорчать в преддверии нового тысячелетия…
– Опять торможу? – догадался академик.
– Натюрлих! Особенно кайфово это звучит на фоне твоей теории о компьютерном будущем…
Адам не выдержал и закашлялся.
– Молодой человек, а вы почему все время молчите? Я же с вами собирался поговорить, а не с этими крокодилами. Я им всю жизнь пытаюсь втолковать элементарные истины – вы думаете, есть какой-то эффект? Ошибаетесь! Моя последняя надежда – на эту юную особу. Кстати, вы познакомились? Это моя дочь. Эви…
– Папа!!! – возопил «легионер».
– Вита. Конечно, Вита.
– Очень приятно, – щелкнул «каблуками» Адам. – Адам Липовецкий, капитан морской пехоты, мастер спорта по метанию томагавков, к вашим услугам.
– Чингачгук Вахтангович Рабинович? – мрачно поинтересовался «легионер».
– Вита, как тебе не стыдно?
– А я что? Я этого анекдота все равно не знаю… А как правильно – Адам или Адам? – «Легионер» быстренько сменил тему.
– Вообще-то, конечно, Адам… но на службе этого никто запомнить не в состоянии. Душераздирающее зрелище…
– Я запомню.
В глазах «легионера» действительно мелькнуло понимание. Адам хотел что-то спросить, но тут оказалось, что посреди кухни уже давно призывно размахивает руками хозяйка дома.
– За стол, за стол, за стол! – командовала она. – Уже без десяти конец света! Все пропустим!
И действительно – чуть не пропустили. Пока толкались в коридоре, пока расселись – хорошо еще, что Адам догадался захватить из кухни табуретку для Виты, – пока открыли шампанское, пока вытерли всех, кто сидел рядом с открывавшим шампанское Колей, пока разлили то, что осталось… Начали бить куранты – у соседей. В доме Людмилы Михайловны телевизор принципиально не включали: мало ли кто вылезет с поздравлениями…
– Пора! – объявил директор водочного завода, назначенный ответственным за точное время как обладатель швейцарских часов «Тиссо». – Встали и пьем!
Все перечокались, перецеловались, покричали всякую праздничную ерунду, выпили… И ощутили странную пустоту. Все подсознательно ожидали чего-то такого, тысячелетнего. А – ничего…
Медленно и неуверенно зазвякали бокалы – о стол, о края тарелок, о вилки. Зашаркали ножками придвигаемые стулья. Заскрипели сиденья. Несмело зашевелились ложки в салатницах…
– А чего молчим-то? – радостно спросил Коля. – Пронесло ведь! Ничего не упало. Все живы. А мне – вон