За рулем империи. История и тайны самой могущественной династии Италии стр. 194
случаю 50-летия со дня учреждения этой организации и 150-летия со дня рождения Джованни.
Сейчас основные средства компании по-прежнему вложены в автопроизводство. Инвестиционный портфель «Эксора» также был бы одобрен Джованни, поскольку по состоянию на середину 2023 года 67 % его рыночной стоимости составляют легковые и грузовые автомобили и тракторы и лишь незначительную часть – вложения в компании из сферы здравоохранения, такие как «Филипс», а также «Ла Стампа» и «Ювентус». Однако, оглядывая современный Турин, Джованни не мог бы не задаться вопросом: а где же заводы и тысячи рабочих, которые выходили бы из ворот после смены? В 1940 году на предприятиях «Фиата» работало более 60 000 человек в Турине, 22 000 в Мирафиори и еще почти 20 000 в Линготто. Заводы «Фиата» были частью городского пейзажа. Теперь же предприятие по производству грузовиков «Фиата», сталелитейный завод «Феррьере», производитель дизельных двигателей «Гранди Мотори», железнодорожный завод «Фиат Ферровиариа», завод по производству шаровых опор и рычагов «РИВ» и «Фиат Авиационе» либо закрыты, либо проданы другим компаниям. Турин больше не является промышленным городом в том смысле, в каком он был когда-то.
Как, впрочем, и Детройт, который, в отличие от Турина, совсем не похож на то место, каким его узнал Джованни. В 1981 году компания «Форд» продала свое предприятие в Хайленд-Парке, и теперь часть помещений сдается в аренду под склады, а остальная часть пустует на фоне городского пейзажа, испещренного заброшенными домами и разрушающимися фабриками. Как капиталист, Джованни, быть может, понял бы экономические мотивы, заставившие с 1970-х годов переводить рабочие места во всех отраслях промышленности в страны с низким уровнем оплаты труда. Но что он подумал бы о последствиях этих решений для общества? Сделавшись пионером современного сборочного конвейера, Генри Форд – человек, которого Джованни считал образцом для подражания, – собирался произвести огромное количество автомобилей, чтобы снизить цены на них, потому что знал: успех компании напрямую зависит от относительно низких цен на автомобили и зарплат достаточно высоких, чтобы рабочие могли себе их позволить. Джованни тоже понимал, как важны справедливая оплата труда и достойные условия.
А вот в наши дни работники предприятий по производству автомобилей Детройта вряд ли смогут позволить себе электромобили, которые сами же и делают. Для них это некий предмет роскоши, предназначенный для людей, у которых в гараже и так уже по три машины. В погоне за прибылью производственный сектор как будто повернул время вспять, вернувшись в 1920-е годы и ликвидировав рабочие места для среднего класса. А ведь для формирования именно среднего класса и Форд, и сам Джованни приложили столько усилий.
Учитывая огромную роль Джованни в создании автомобильной промышленности, нетрудно представить, как он огорчился бы, увидев, что Турин, некогда автомобильная столица Италии, растворяется где-то вдали, за поворотом, пока высокоприбыльная «Стеллантис» под управлением Джона на всех парах летит в будущее. Завод Джованни в Мирафиори был пропорционален итальянскому экономическому чуду, но оказался слишком велик для Турина и «Стеллантис». Пик численности штатных работников на заводе пришелся на 1971 год, когда он составлял 38 684 человека. По состоянию на 2023 год совокупный штат всех итальянских предприятий «Стеллантис» – 48 000 человек, и эти цифры отражают снижение количества автомобилей, производимых компанией «Фиат». В 1972 году оно достигло пика, составив два миллиона единиц, тогда как