За рулем империи. История и тайны самой могущественной династии Италии стр. 41
курорта с нуля в абсолютной глуши было бы тяжелейшей задачей с точки зрения логистики. Приобретя этот клочок земли за гроши, Джованни собирался превратить его в горнолыжный курорт за счет одной лишь силы воли и существенных финансовых вложений. Его энергии должны были соответствовать современные линии новаторской архитектуры, которой надлежало преобразить этот участок, в свою очередь отражающий энтузиазм первооткрывателей нового вида спорта в Италии. И благодаря безграничной целеустремленности и уверенности в себе он это сделает.
Начало проекту было положено на встрече Бонаде, Джованни и Эдоардо. Они изучили ряд карт, и Эдоардо наметил маршрут трехкилометрового подъемника, который должен был достичь вершины Сизес, где планировалось построить два отеля. Бонаде испытал канатные дороги, прототипы которых были выполнены на заводе «РИВ» – одними из первых в Италии.
Где-то за кадром члены семьи то и дело тайком подглядывали за работой. Вскоре проект вызвал раскол в семье, и это стало одной из редких возможностей составить представление о расстановке сил в ней.
В 1931 году начали прокладывать кабели.
«Вскоре в Пьемонте, всего в паре часов на поезде от Турина, появится собственный горнолыжный курорт, которому позавидуют Франция и Германия», – написала 4 ноября 1931 года «Ла Стампа».
Джованни задумал Сестриере для своей семьи, но также и для рабочих. Финансовый кризис 1929 года стал тяжелым ударом для мировой экономики, не обойдя стороной и Италию. Новая власть заменила прежние профсоюзы фашистскими, работникам «Фиата» урезали оплату труда и сократили рабочий день. Должно быть, работая над проектом ультрасовременного горнолыжного комплекса, Джованни помнил и об этом.
И совсем не случайностью было то, что в условиях экономического кризиса на свет появился проект «Фиата» по запуску массового производства сверхдешевого автомобиля, первой в Европе «народной» машины – за два года до выпуска гитлеровского «Фольксвагена». Член парламента при фашистском правительстве и лидер профсоюза Эдоардо Малусарди предложил «Фиату» «решить возникшие на фоне кризиса промышленные проблемы посредством создания малолитражного, «компактного» автомобиля». Так появился маленький «Фиат 508 Балилла», который 9 апреля 1932 года представили Муссолини в его римской резиденции вилле Торлония. Он стоил 10 800 лир и был задуман как надежный и простой в обслуживании автомобиль, который могли бы купить в рассрочку представители среднего класса. Учитывая, что средняя зарплата рабочего в Италии составляла 300 лир в месяц, даже такая недорогая машина многим была не по карману. Аньелли удалось убедить Муссолини ввести налоговые льготы, чтобы сделать ее более доступной.
К моменту наступления финансового кризиса «Фиат» превратился в самый настоящий «город в городе», самостоятельно организовывавший досуг для своих работников. В 1934 году в специальных клубах «dopolavoro» состояло более 30 000 человек. Были у «Фиата» и собственные бойскауты – «Отряд исследователей «Фиат», учрежденный в 1924 году. Кризис кризисом, а семья Аньелли все же была достаточно богата, чтобы раскошелиться и построить горнолыжный курорт с нуля.
Джованни задумал открыть в Сестриере бюджетное общежитие для работников «Фиата», чтобы те могли выбираться в горы на выходные. Он поделился идеей с Бонаде в Санкт-Морице, куда приехал вместе со своей женой Кларой. Та тепло приветствовала архитектора, но дала понять, что не станет вмешиваться в обсуждение проекта и процесс принятия решений: она знала, что Джованни не одобряет, когда женщины принимают участие в деловых переговорах.
А вот Эдоардо