Загадка аномалии стр. 84
безумный гений внедрил чужеродный предмет, шевелились манипуляторы и переливалось поле аномальной энергии, генерируемое сразу тремя артефактами.
– Сейчас идет процесс искусственного отторжения «горгоны», – пояснял меж тем Павел, воровато оглядываясь на дверь. – Электромагнитные импульсы постепенно вытягивают арт из мозга Углича. К сожалению, «горгона» прочно срослась с тканями, поэтому…
– Поэтому вы не можете гарантировать, что Костя сохранит даже базовые инстинкты, – практически в точности повторил я фразу, произнесенную когда-то Звериным доктором.
– Нет, отчего же? – удивился Павел. – Как раз инстинкты сохранятся в полном объеме, но это будут скорее звериные инстинкты. Личность будет утеряна.
Я мысленно выдохнул. Как бы жестоко ни звучало, но это именно то, чего хотел сам Мут, точнее – Константин Углич, потерявший память, но сохранивший разум и приобретший внешность чудовища. И он прав, черт подери! Быть разумным зверем среди людей – та еще пытка. Быть разумным зверем среди неразумного зверья внутри Периметра – ничуть не лучше.
– Когда это закончится, – я мотнул головой в сторону прозрачного бокса, – что с ним будет?
Лаборант пожал тощими плечами:
– А что с ними обычно бывает, когда они становятся не нужны? Его понаблюдают некоторое время, чтобы убедиться, какие способности сохранились, а какие утеряны, и выпустят на зараженные земли. Лишний «пациент» в центре – лишние траты на прокорм и содержание. А у нас и так финансирование в подвешенном состоянии… после всех неприятностей.
– Не усыпят? – с сомнением нахмурился я.
– Вы что?! Это негуманно!
Охренеть не встать! А калечить раненого солдата – это, значит, гуманизм! Ну-ну. Надеюсь, парень не врет и не заблуждается.
– Теперь вот еще на какой вопрос мне ответь… – На всякий случай я ненавязчиво перекрыл ему путь к отступлению. – Что ты там про неприятности говорил, про другие жертвы? Не о «наждаке» случайно речь идет?
– О к… каком наждаке? – перепугался Павел.
– Ну, знаешь, смерчи, воронки такие песчаные по всей Зоне гуляют и обдирают всё на своем пути. Появляются из порталов, а выполнив свою черную миссию, распадаются и образуют барханы. Не ваших рук дело?
Бледный до синевы парень выложил мне всё, что знал. Теперь и трагедия, и моя месть обрели имя: Речицкий Дмитрий Сергеевич, профессор, руководящий здесь всей наукой. Однако с местью имело смысл повременить, потому что старик-ученый не представлял непосредственной угрозы никому. Другое дело – мегамозг (вот же дурацкое название, как будто из мультика!). Я ни разу не встречал синего мозголома, зато слышал об этих тварях много легенд – мало того что самые сильные псионики Зоны, так еще и наделенные каким-то особым садизмом и изощренным коварством. И пусть сейчас где-то в недрах подземного центра буйствует не сам мутант, а всего лишь его разум, то есть о`рган, лишенный слуха, зрения, тактильных и прочих ощущений, он не становится менее опасным, поскольку телепатически улавливает угрозу в свой адрес и мгновенно реагирует. Поэтому все в центре стараются держаться от той лаборатории как можно дальше и, точно дети, делают вид, что их это вообще не касается: дескать, пусть взрослые думают и решают.
– Подачу питательного раствора и электрических импульсов я дистанционно прервал еще в тот же день, когда… когда случилась та неудача с телепортацией. Думал, он быстро сдохнет. Но, видимо, он подпитывается аномальной энергией из окружающего пространства: любое