Занимательное волноведение. Волненя и колебания вокруг нас стр. 152
Когда я пришел на службу, было далеко за полдень — устилавшие пляж пальмовые листья окрашивались в глубокие оранжевые тона клонившегося к закату солнца. Друзья Хоакина расставляли на столах блюда с едой, напитки. Команда телевизионщиков с новостного канала устанавливала съемочную аппаратуру. Серфингисты тем временем собрались; многие, по гавайскому обычаю, пришли с гирляндами цветов из ярко-розовых и красных плюмерий на шеях. Другие повесили душистые ожерелья на носы своих досок.
Несмотря на то что у Пайплайна репутация места гиблого — здесь происходит больше несчастных случаев, чем где-либо, — Каннингем признался мне, что терпеть не может поднимаемой вокруг пляжа шумихи. «Пресса любит преувеличить опасности Пайплайна, нагнетая атмосферу страха, — сказал он. — Сами знаете, что показывают в фильмах о серфинге: мол, одно неверное движение, и острые, как лезвие бритвы, рифы Пайплайна тут же вонзятся в несчастного. Ничего подобного! Нет никаких волн-убийц и затягивающих точно спруты рифов — всего лишь мощные буруны, которые разбиваются на мелководье о гладкие, испещренные глубокими вымоинами и бороздами рифы».
Я подумал про себя: может, все-таки попробовать? Нет, не стоит.
Марку исполнился пятьдесят один год, он уже вышел на пенсию. А до того два десятка лет проработал спасателем здесь, на пляже Эхукаи-Бич Парка, где самые известные в мире волны. «В свободное от спасения утопающих и оказания первой медицинской помощи время я только и делал, что смотрел на волны. Собственно, меня можно назвать профессиональным наблюдателем за волнами», — сказал Марк. Мне подумалось, что наверняка он знаком с волнами лучше, чем кто-либо другой, наблюдая их с утра до вечера.
Серфинг на доске Марка не слишком увлекает. «Время от времени я беру с собой доску, — сказал он, — но знаешь… старого пса новым трюкам не научить». Я поинтересовался, как это ему удается так скользить на волне. Он ответил не сразу: «Меня и раньше спрашивали, не раз. Но объяснить на словах как-то не получается. А жаль, ведь опыт у меня есть».
И знаете, когда этот бог бодисерфинга искренне признался в том, что у него не хватает слов, я еще больше его зауважал. Из всех, с кем мне довелось говорить о боди-серфинге, Каннингем оказался человеком самым простым, он никого из себя не строил. «Вы должны найти с волнами общий язык. Знаете, вот честное слово, больше всего это похоже на танец. Один мой приятель назвал бодисерфинг «плаванием под горку». Правда, похоже? Для большинства в бодисерфинге главное — заскочить на волну в нужный момент. А там уже бурный поток вытолкнет их на безопасный пляж. И лишь единицы вроде нас занимаются бодисерфингом на более высоком уровне: не болтаются в пенистом потоке, а съезжают по самому склону волны. В принципе, все то же самое, только волны, которые мы выбираем, чуть больше».
Чуть больше? Да уж, Марк Каннингем — скромняга, каких поискать.
* * *Вместе с семьей Велильи и его близкими друзьями на поминальную службу пришла и Мариэла Акоста, невеста Хо-акина. Она говорила недолго, но ее проникновенная речь всех тронула. Мариэла рассказала, что человеком Хоакин был немногословным: окажись он сейчас здесь, просто стоял бы и молча улыбался.
Ближайшие друзья из числа серфингистов решили почтить память Хоакина