Жар ледяной страсти стр. 17
раз, когда я думаю, что в тебе осталась хоть какая-то человечность, ты доказываешь обратное.
– Не знаю, что на тебя нашло за последние несколько недель, – холодно сказал Оливио. – Надеюсь, Нью-Йорк пойдет тебе на пользу и ты пересмотришь свою позицию. Сделка с Сантино будет нашим спасением, если ты ничего не испортишь. Изначально я был против того, чтобы тебе платили по окончании проделанной работы, но теперь вижу, что был не прав. Может быть, это поможет приструнить тебя…
– Ты забываешь, что я больше не ребенок, – оборвала его Карла. – Я больше не боюсь твоих угроз, что ты бросишь меня!
– Я не для того проделал весь этот путь, чтобы ты вдруг начала капризничать. Только неудачники уходят с дистанции под предлогом найти себя. Ты номер один – и такой ты останешься…
– Или что? Ты отвезешь меня в монастырь, как тогда, когда мне было десять, пригрозишь оставить меня там, пока я не успокоюсь? Но мне больше не десять лет.
– Нет. Но ты подписала соглашение, в котором сказано, что я буду твоим менеджером, пока тебе не исполнится двадцать пять. Ты должна знать, что от меня так просто не избавиться. Если понадобится, я буду судиться с тобой.
– Ты поступишь так с собственной дочерью? – У Карлы закружилась голова.
– Дочь, которой ты была шесть недель назад, не стала бы выдвигать такие нелепые требования. Не могу понять, что произошло после этого благотворительного…
– Папа, не строй из себя невинность. Я узнала, что ты собирался подкупить невесту Драко, чтобы она бросила его, и женить его на мне. Ты знаешь, что я чувствовала, когда услышала это от Марии?
– Я действовал в твоих же интересах. Когда-то ты была влюблена в него, и мне показалось разумным упрочить твое будущее, сделав тебя его невестой.
– Но это не Средневековье! – Карла захлебывалась от ярости. – Мое будущее принадлежит мне, и я вольна поступать с ним так, как мне вздумается.
– Тут ты ошибаешься, – поджал губы ее отец. – Если ты думаешь, что я буду просто стоять и…
– Оливио, мне кажется, вашей дочери пора отдохнуть, – заявил с порога Хавьер. Карла застыла, не в силах пошевелиться. Ни она, ни отец не слышали, как он вернулся. Карла посмотрела на него и по его взгляду поняла, что он услышал достаточно.
– Пожалуйста, не вмешивайся.
Хавьер не стал обращать на нее внимания и холодно смотрел на Оливио.
– Не кажется ли вам, что сейчас не время выносить на публику грязное белье вашей семьи?
Его слова ударили по самолюбию Оливио, но он сдержался.
– Да, вы правы. Сейчас не время и не место.
Дорогая моя, я присоединюсь к тебе в Нью-Йорке, когда твое самочувствие немного улучшится.
Карла безучастно смотрела на отца. Да, конечно. Больше всего на свете он заботился о внешних приличиях.
Она смотрела, как отец пожал руку Хавьеру и удалился.
– Ты собираешься стоять тут весь день? – повернувшись к ней, насмешливо спросил Хавьер.
– Я намерена сделать все для того, чтобы не оставаться с тобой в одной комнате, – отрезала она.
– Осторожнее, Принцесса, – нахмурился он. – Я не собираюсь бесконечно терпеть твои оскорбления.
– Хавьер, но ты ведь чувствуешь то же самое по отношению ко мне. Не делай вид, что это не так.
– А ты не думай,