Затерянные в Эльдорадо стр. 163
эти сны в сельве.
Словно тяжелый камень упал у меня с груди, и я торпедой рванула со дна омута к поверхности воды, к воздуху…
– Келли! Келли, черт тебя подери! Да приходи ты уже в себя! – орал на меня кто-то знакомым голосом.
Знакомым голосом Брайана Уэйда, виконта Эшфорта.
_________________________________________
144 - Чиминигагуа – муискский бог-демиург.
145 - Чибчакум – бог-покровитель простых людей и ремесленников. Неоднозначная фигура в муискском пантеоне, в данном случае критично, что именно он удерживает на плечах мир, созданный Чиминигагуа согласно одному из мифов о его сотворении.146 - В данном случае речь идет об аркебузе, относительно легком фитильном оружии. Фитиль поджигали перед сражением, а перед выстрелом его раздували. С помощью подводного механизма фитиль поджигал порох. Огнестрельное оружие не пользовалось большой популярностью в Европе и считалось неблагородным до тех пор, пока при Павии в 1525 году испанское войско с помощью аркебуз не разгромило французов. Соотношение потерь было впечатляющим. 500 человек у испанцев, 12000 – у французов.147 - Возраст, при котором мужчине позволялось заводить свою семью, в разных индейских племенах сильно разнился. В некоторых это право получали лишь мужчины, достигшие тридцати лет.Глава
58. Келли
Я пришла в себя от гадкого запаха нюхательной соли. Фу! Брайан, мрачный, как тучи Матхотопа, смотрел на меня и сжимал в пальцах розовую капсулу 148 .
– Келли, как ты меня напугала. Я тут чуть с ума не сошел, – сообщил он. – Что у тебя с плечом?
– С каким плечом? – спросила я и попыталась встать.
И сразу поняла, с каким плечом. А спустя еще минуту даже вспомнила, что. Память тела – великая вещь.
– Бандитская пуля, – сообщила я.
– Не смешно, – сказал Брайан и потянулся ручками к ране, за что получил по пальцам.
– Ага. Еще и больно, – согласилась я.
– А где Додсон?
– Не знаю.
Память тела сообщила, что Додсон был. Он делал мне перевязку. Я бросила взгляд на плечо. Точно, перевязка из полос, нарванных из его рубашки и связанных между собой. На вопрос, куда американец делся потом, тело ответить не могло. А всё остальное вообще ничего не помнило. То есть, что было до ранения, я помнила. Правда, издалека, словно размыто. А что было потом… только урывками.
– Не помню. Может, он за подмогой пошел? – предположила я.
Где его теперь искать? Додсон в сельве – всё равно, что мучной жучок в килограмме крупы. Может под любым зернышком обнаружиться. А может не обнаружиться вообще. Вне зависимости от исходной и конечной точек маршрута.
– Бог с ним, с Додсоном, – отмахнулся Брай, и эта фраза всколыхнула какую-то рябь в памяти. – Что у тебя всё-таки с плечом?
– Вроде, сквозная рана. Кость, судя по ощущениям, не пострадала, – сообщила я.
– В тебя, в смысле, действительно стреляли? – тупо повторил он, бледнея на глазах.
Я кивнула.
– Ты… ты какого… хрена ты вообще сюда пошла?! Одна, без меня?! – закричал на меня он.
В целом, я разделяла его вопрос. И не находила ответа. Но женщина я или нет? Женщина.
Поэтому я заплакала.
А что? Мне вдруг стало так себя жаль… А тут еще лицо Матхотопа из сна всплыло. Кстати. Его тоже было жаль. Очень. И я разревелась за нас обоих. Да так со вкусом,