Библиотека

Затонувший мир (сборник) стр. 914

Размер шрифта
-
+
Тема

острова. Сейчас же это был бар с низкими потолками и интерьером, где преобладали кремовые тона и блеск хромированного металла.

Ярдах в пятидесяти от «Нептуна» на бетонной площадке темнел силуэт вертолета.

— Знаю-знаю… — брюзгливо сказал Холидей, подсаживаясь со стаканом. — Кончай икру метать, я видел, как он летит.

Грейнджер ухмыльнулся. Решительное лицо Холидея, пряди непослушных русых волос на лбу и неодолимое чувство ответственности за все происходящее вокруг всегда смешили его.

— Сам кончай, — ответил он, поправляя подушечку под гавайкой со стороны отсутствующего легкого. — Не я же лечу на Марс.

— И не я.

Холидей посмотрел на угрюмое лицо приятеля.

— Будто не знал?

Грейнджер рассмеялся.

— Нет, ты и вправду передумал?

— И да и нет. Я еще не решил и в то же время не лечу. Чуешь разницу?

— Пожалуй, доктор Шопенгауэр.

Грейнджер задумался, потом резко отодвинул стакан.

— Знаешь, твоя беда в том, что ты слишком серьезно ко всему относишься. Посмотрел бы со стороны, до чего ты смешон!

— Почему это? — вскинулся Холидей.

— Что ты мечешься? Ну объясни, зачем ты остаешься? Земля сдохла и погребена. Перед тобой вся Вселенная, а тебе, похоже, плевать на себя самого!

— Да отстань ты…

Холидей достал из кармана рубашки свою товарную карточку и протянул ее Грейнджеру.

— Мне нужен насос для холодильника. Тридцативаттный «Фриджедер», есть еще?

Грейнджер раздраженно фыркнул и взял карточку; он отвечал за снабжение поселка.

— Ты Робинзон Крузо наоборот! Возишься с этим хламом… Все смываются, а он, видите ли, остается! Добровольно! Этакий ты поэт и мечтатель. Неужели ты не понимаешь, что эти два биологических вида давно вымерли?

Холидей посмотрел в окно на огни, отраженные солевыми холмами. Каждый день они оказывались чуть ближе, и все труднее становилось собирать людей, чтобы отбрасывать соль назад. Через десять лет он и в самом деле может оказаться в положении Робинзона. К счастью или к несчастью, цистерны были полны воды и керосина, и хватит их еще лет на пятьдесят, иначе ни о каком выборе и речи не было бы.

— Отстань, — повторил он, — сам улететь не можешь, вот и отыгрываешься на мне. Пусть я принадлежу к вымершему виду, но, чем бежать, я лучше здесь покувыркаюсь. А люди еще придут. И кто-то должен сохранить память о Земле, какой она была. Земля не кожура от банана — съел и бросил. Мы здесь родились и только мы ее помним толком.

Грейнджер задумчиво кивнул. Он хотел что-то сказать, но тут темноту за окном прорезала ослепительно-белая дуга.

Холидей встал и высунулся из окна.

— Платформа. Большая. Но не видно, куда шлепнулась, — цистерна загораживает.

Из ночи, отражаясь от коралловых башен, донеслись могучие раскаты взрыва, потом еще несколько, послабее, и весь северо-запад заволокло молочной пеленой пара.

— Атлантическое озеро, — прокомментировал Грейнджер. — Может, сгоняем? Вдруг что-нибудь интересное?

Погрузив пробирки для образцов и инструменты для изготовления чучел, они уже через полчаса тряслись на джипе в сторону Атлантического озера — каких-то десять миль по соляным увалам.

Там Холидей и нашел рыбу.

Голубая полоса к северу от Бермудских островов длиной в десять и шириной в одну милю — вот и все, что осталось от Атлантического океана. Точнее, от всех океанов, что занимали некогда две трети земной поверхности.

Лихорадочная, безумная добыча кислорода из воды

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.