Жажда скорости стр. 100
ближе к этому человеку?
Петра гораздо проницательнее, чем я полагала.
– Отчасти. Я изучала инженерию в университете, чтобы научиться создавать более совершенные двигатели. Люди все время ходят на гонки, но я хочу быть способной помочь сделать болид максимально безопасным к моменту, когда он выедет на трек. К тому же я занимаюсь этим, потому что люблю свою работу. Машины – это все, чем я когда-либо интересовалась. Я взрослела, не вытаскивая головы из-под капота, – усмехаюсь я, и в этом смешке слышится оттенок печали. – Наверное, возможность быть здесь, заниматься всем этим и правда делает меня ближе к отцу.
Свою ошибку я осознаю незамедлительно и застываю, чувствуя холод.
– Погиб твой отец?
Паникуя, я бросаю на нее взгляд, понимая, что не могу дышать.
– Все в порядке, Энди, – заверяет она меня успокаивающим голосом. – Я никому ничего не скажу. Но почему ты держишь это в секрете?
Я делаю долгий выдох и затем поворачиваюсь к ней.
– Я держу это в секрете, потому что мой отец это… это был… Уильям Вульф.
– Ох. – Она выглядит ошеломленной. – Ого. Черт. Энди… почему ты не говорила мне? Но, стой… – Она качает головой, словно ей все становится ясно. – Разве он… твой отец… разве он… умер… не здесь, в Монако?
– Именно. – Я ложусь на спину, смотрю в потолок. Чувствую, как на глазах появляются слезы, и делаю глубокий вдох, чтобы удержать их.
– Иисусе… Энди. Какого хера ты не сказала мне? Я и представить не могу, как ты через все это проходишь, особенно сегодня, в день гонок, и к тому же мирясь с дерьмом Каррика и Сиенны.
– Я просто не хотела, чтобы люди думали, что дядя Джон дал мне работу только из-за моего отца, так что предпочитаю держать это в себе.
– Хм-м-м…. кажется, я могу это понять.
Я снова смотрю на нее.
– Петра, только дядя Джон знает, что Уильям мой отец, и я хочу, чтобы так и было дальше.
– Ты можешь мне доверять. Все сказанное тобой остается здесь. – Она тесно сжимает губы и делает жест, словно закрывает рот на замок и выбрасывает ключ в неизвестном направлении.
– Я ценю это, – мягко улыбаюсь я ей. – Должна сказать, теперь, когда ты мне рассказала, твой пунктик «не встречаюсь с гонщиками» приобрел для меня смысл.
Я выдыхаю.
– Когда видишь, как на трассе умирает твой отец, и потом наблюдаешь, как твоя мама проходит через боль утраты… – Я поворачиваю голову в сторону Петры и смотрю на нее. – Для себя я такого не хочу.
– Но тебе нравится Каррик… верно?
– Ну да, он мне нравится. Но ничего не выйдет.
– Я понимаю, учитывая, что случилось с твоим отцом… но Каррик не твой отец, Энди.
Наши взгляды встречаются.
– Но он такой. За исключением его потаскунства – мой отец тоже отчасти был таким, пока не встретил мою маму, – Каррик являет собой все, что было в моем отце. И именно это все говорят о Каррике. Он следующий Вульф. Все, что касается Каррика: от его ранней карьеры в Формуле-1 до его безрассудного и легкомысленного способа вождения… есть до хрена всего, в чем Каррик и мой отец похожи.
– Но это не значит, что ему предначертана та же судьба.
Я ежусь от ее выбора