Жажда скорости стр. 168
проносящегося через меня и просачивающегося в сознание страха. Крошечная часть настоящей меня вопит, что я делаю огромнейшую ошибку в своей жизни.
Нет. Я должна сделать это. Это правильное решение ради нас обоих.Я делаю глубокий вдох. Обнимаю себя руками и фокусирую свой взгляд на его глазах.
– В том-то и смысл… я не хочу, чтобы ты гнался за мной.
Я отворачиваюсь, но прежде вижу его наполненные разрушительной болью глаза. Это разрывает меня на куски с каждым следующим шагом, когда я ухожу от него.
– Андресса… просто, черт… подожди… прошу! Я… я люблю тебя!
Я застываю. Из меня стремительно вырывается болезненный выдох, словно в грудь ударили его отлетевшие рикошетом слова. Тело вздрагивает, колени подгибаются, мне приходится сражаться за глоток воздуха, лишь бы устоять на ногах.
Я слышу, как он идет ко мне, его низкий голос становится все ближе.
– Прошу. Я люблю тебя. Это же должно хоть что-то значить. Просто… не уходи.
– Я тоже тебя люблю, – шепчу я так тихо, чтобы он не услышал. Но мне нужно было сказать ему это хотя бы раз.
Я дышу, преодолевая агонию, и по щекам снова начинают течь слезы. Я втягиваю воздух, чтобы набраться сил. Затем иду и не останавливаюсь до тех пор, пока не выхожу за дверь и не ухожу из его жизни.
Глава двадцать шестая
Сожаление… оно замедляет время самым худшим из возможных способов. Как безмолвный убийца, оно скользит своими руками вокруг твоего горла и выжимает из тебя жизнь.
Даже знание того, что расставание с Карриком было правильным решением, не помогает справиться с подкрадывающимся сожалением.
Когда я сбегала, то была как в тумане, поймана в дымчатые путы паники и страха.
Но стоило туману рассеяться, как осознание врезалось в меня с силой товарного поезда. Я ощутила осадок, как после шторма, и смогла увидеть руины.
Я бросила его. Я на самом деле бросила его. Пути назад нет.
У меня никогда больше не будет возможности поговорить с ним, быть ближе… прикоснуться к нему снова.
На несколько дней я даже потеряла контроль. Я не могла отлепить себя от кровати. Не могла перестать плакать. Я совершенно расклеилась.
И все еще не пришла в себя.
Знаю, что все это звучит безумно… я кажусь безумной. Временами я думаю, что вполне могу оказаться готовой взойти на поезд слетающих с катушек. Но той ночью в Сингапуре, когда обстановка была нагнетена, я была так напугана, так поглощена своими чувствами, что не могла видеть ясно.
Сейчас же я могу видеть со всей ясностью, и скучаю по нему до физической боли. И эта боль не затихает. И даже становится только сильнее.
Мое отношение к гонкам Каррика не сильно-то изменилось. Каждый раз, когда он забирается в болид, я все равно переживаю. Все равно наблюдаю за его гонками, смотря телевизор в стенах своего дома, все время беспокоясь о нем. Единственная разница заключается в ощущении отдаленности. Думаю, когда меня там нет, мое безумие принимает более легкую форму.
Когда я ушла от него той ночью в Сингапуре, покинув трассу, я отправилась прямо в отель. Быстро собрала вещи и заказала такси до аэропорта. До Бразилии мне пришлось лететь