Библиотека

Здесь на Земле стр. 301

Размер шрифта
-
+
Тема

жесткой. Хуже всего, что ей почудилась вдали Джудит Дейл. Та плакала.

Теперь Марч не отваживается гулять дальше Лисьего холма (здесь, по крайней мере, жила ее семья). Она часто сюда ходит, даже в ледяной дождь и снег — наверное, поэтому стала сильно кашлять. Сухой, дерущий горло кашель все не проходит, несмотря на горячие чаи с медом, которые она постоянно пьет.

Лисий холм делает ее печальной, но она все равно сюда идет, что ни день. Попытка Хэнка спасти голубиное гнездо не удалась: птицы не улетели, и их уж нет на этом свете. Марч вглядывается в окна старого дома и не может не думать о миссис Дейл. Так и тянет норой оглянуться через плечо, будто там, за спиной, стоит Джудит.

Почему ее не похоронили с колечком изумруда на руке, подарком глубокой любви? Марч все думает и думает об этом, и на днях, похоже, нашла ответ. На Джудит не было кольца в момент кончины. Она сняла его до того и отложила. Покончила с любовью. Или, во всяком случае, с тем чувством, что обязывает быть верной, а взамен дает намного меньше, чем ты ждешь.

Хорошо, что Гвен уехала. Она бы возненавидела, как быстро сгущается здесь темнота (черно, как в дегте, уже в четыре). Она бы презирала их жизнь, ставшую такой жалкой, такой гнетущей. Были праздники — и никакого обмена подарками. Даже те украшения, что смастерила Марч, не пригодились. Луиза Джастис оставила им на крыльце корзинку с большим кексом и яичным коктейлем — от имени работников библиотеки, — подобную той, что принесла на Глухую топь Трусу. Похоже, они с Холлисом угодили в категорию людей, которых все жалеют. Превратились в горемычные создания, которые и праздник-то не знают толком, как отпраздновать.

Холлис хотя бы все так же ездит в город (в основном сидит во «Льве»), но Марч никогда но берет с собой. Там другие мужчины, они на нее посмотрит — и мало ли чего еще захотят. А еще — о чем он, разумеется, молчит — некоторых женщин может сильно раздражить ее присутствие, Марч даже рада, когда он уходит на ночь глядя и когда встает с постели ни свет ни заря — обойти границы своих владений. О да, Холлис любит свою собственность, «мое — это мое». Недели напролет после отъезда Гвен он колесил с ружьем по всем проселкам, но так и не нашел коня. Марч знает, где Таро. Но не скажет. Случайно, на прогулке, наткнулась на него. Было поздно, смеркалось и в неверном свете гаснущего дня ей поначалу показалось, будто видит тени.

То был Алан, ее брат, и конь. Два старых «мешка с костями». Алан косил и вязал сено, укладывая снопы на спину коню; Кружились над топью черные дрозды и чайки, звук косы эхом поднимался ввысь. Марч слышит, как бьется ее сердце в тишине, у рта она держит свой черный шарф, чтобы не морозили грудь вдохи. Как бы ей хотелось стать такой вот птицей и улететь далеко прочь отсюда. Как бы хотелось вскричать: «Боже, избави нас от лукавого, а более всего — от самих себя!»

Буквально все теперь способно вызвать ссору между ней и Холлисом. «Не так смотришь, не так

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.