Здесь покоится наш верховный повелитель стр. 182
Франции не будет больше чествовать ее, утратив необходимость в ее услугах. Он не преминет напомнить ей, что она не выполнила одно важное поручение, ради которого ее послали в Англию. Карлу выплачивались огромные суммы, чтобы он в подходящее время объявил себя католиком. Теперь же он умирает, а этого не сделал. Но он должен это сделать! Луиза должна вернуться во Францию победительницей! И тогда она сможет сказать Людовику: «Я приехала, чтобы сделать это, и, хотя это событие было отложено до того момента, когда он оказался на смертном одре, я все же выполнила то, для чего отправлялась…»
Она подумала о Карле, находящемся в полубессознательном состоянии, в агонии, ставшей еще более мучительной из-за действий врачей. Может быть, сейчас как раз и есть подходящее время – время, когда он не совсем понимает, что делает.
Это должно быть сделано. Только таким образом Луиза может сослужить службу королю, в чью страну она должна вскоре вернуться.
Она послала за Барийоном.
– Господин посол, – сказала она, – я собираюсь открыть секрет, который может стоить мне головы. В глубине души король является католиком. А нет никого, кто бы мог позаботиться о его нужде. Я не могу, не нарушая приличий, войти в его комнату, так как там постоянно находится королева. Отправляйтесь к герцогу Йоркскому и скажите ему об этом. Осталось немного времени, чтобы спасти душу его брата.
Барийон понял. Он восхищенно кивнул ей. В интересах Франции было, чтобы король умер католиком.
По счастливому стечению обстоятельств, когда епископ Кен подошел к постели короля, чтобы позаботиться о причастии перед смертью в соответствии с обрядом англиканской церкви, Карл устало отвернулся. За последние дни он подвергался слишком многим процедурам. Он никогда не был ревностным прихожанином, и не такой он человек, чтобы меняться на смертном одре. Он прожил жизнь, как считал нужным, он не раз заявлял, что настоящими грехами являются злоба и равнодушие, и он по мере сил старался избегать этих грехов. Он говорил, что Бог, в его представлении, не захочет, чтобы дворянин отказывался от удовольствий. Он так и поступал, и не такой он был трус, чтобы в последний момент бежать спасаться.
Герцог Йоркский вошел к нему в спальню. Он опустился у постели на колени и зашептал ему на ухо.
– Ради спасения своей души, Карл, вы должны умереть католиком. Герцогиня Портсмутская сказала мне о вашей тайной вере. Она никогда себе не простит, если вы будете лишены вечного спасения…
При упоминании имени Луизы Карл попытался повернуть тускнеющие глаза на брата, и улыбка тронула его губы. Потом он сказал едва внятно:
– Джеймс… не делай ничего, что может повредить тебе.
– Я сделаю это, – сказал Джеймс, – хотя бы это и стоило мне жизни. Я приведу к вам священника.
В комнату, где лежал умирающий, тайно доставили алтарь, вместе с ним пришел священник, отец Хаддлстон; этот человек помогал спасти Карла после поражения под Вустером, а Карл спас его во время террора против католиков. Несмотря на свое затуманенное лекарствами сознание, Карл его узнал.
– Сир, – сказал Джеймс, – вот человек, которому вы спасли жизнь и который пришел спасти вашу душу.
– Я рад ему, – ответил Карл. Хаддлстон встал на колени перед постелью.
– Желаете ли вы, Ваше Величество, получить