Зелёная Миля стр. 8
медленно покачал головой – налево, потом направо. Он уставился на меня, не сводя глаз.
У Харри в руке была папка с бумагами Коффи.
– Отдай ему бумаги, – сказал я Харри. – Вложи прямо в руку.
Харри повиновался. Большой болван взял их, как лунатик.
– А теперь, парень, дай их мне, – приказал я, и Коффи подчинился, зазвенев и загремев цепями. Ему пришлось нагнуться при входе в камеру.
Я осмотрел его с головы до ног, чтобы удостовериться, что это факт, а не оптический обман. Действительно: два метра три сантиметра. Вес был указан сто двадцать семь килограммов, но я думаю, что это приблизительно, на самом деле не меньше ста пятидесяти. В графе «шрамы и особые приметы» значилось одно слово, напечатанное мелким убористым шрифтом машинки #"магь^сон" – старым другом регистрационных карточек: «множество».
Я поднял глаза. Коффи слегка сдвинулся в сторону, и я мог видеть Харри, стоящего с той стороны коридора перед камерой Делакруа – он был единственным узником блока "Г", когда появился Коффи. Делакруа – Дэл, маленький лысоватый человек с озабоченным лицом бухгалтера, знающего, что его растрата скоро обнаружится.
На плече у него сидела ручная мышь. В дверном проёме камеры, только что ставшей пристанищем Джона Коффи, расположился Перси Уэтмор. Он достал свою резиновую дубинку из самодельного чехла, в котором носил её, и похлопывал ею по ладони с видом человека, у которого есть игрушка и он ею воспользуется. И вдруг я почувствовал, что мне хочется, чтобы он убрался отсюда. Может, это из-за жары не по сезону, может, из-за «мочевой» инфекции, распространяющейся у меня в паху так, что прикосновение фланелевого белья становилось нестерпимым, а может, из-за сознания того, что из штата прислали на казнь чернокожего полуидиота, а Перси явно хотел над ним сначала немного поработать. Вероятно, всё вместе. Во всяком случае на минуточку я забыл о его связях.
– Перси, – сказал я. – Сегодня переезжает лазарет.
– Билл Додж за это отвечает.
– Я знаю, – кивнул я. – Пойди помоги ему.
– Это не моя работа, – упорствовал Перси. – Вот эта туша – моя работа.
«Тушами» Перси в шутку называл крупных людей. Он не любил больших и крупных. Перси не был худощавым, как Харри Тервиллиджер, но он был маленького роста. Этакий петух-забияка, из тех, что всегда лезут в драку, особенно когда перевес на их стороне. И очень гордился своими волосами. Просто не отнимал рук от них.
– Тогда твоё дело сделано, – сказал я. – Отправляйся в лазарет.
Он оттопырил нижнюю губу. Билл Додж и его ребята таскали коробки и стопки простыней, даже кровати; весь лазарет переезжал в новое помещение в западной части тюрьмы. Жаркая работа. Перси Уэтмор явно хотел увильнуть от неё.
– У них достаточно людей, – заявил он.
– Тогда иди отсюда, это приказ, выполняй, – произнёс я, повышая голос. Я увидел, как Харри мне подмигивает, но не прореагировал. Если губернатор прикажет начальнику тюрьмы уволить меня за нарушение субординации, то кого Хэл Мурс поставит вместо меня? Перси? Это несерьёзно. – Мне абсолютно всё равно, чем ты, Перси, займёшься, лишь бы хоть ненадолго убрался отсюда.
На секунду мне показалось,