Библиотека

Железный доктор стр. 7

Размер шрифта
-
+
Тема

Военфельдшера давай.

— И что потом? Представь, что он оттуда не вернётся, а? Сразу вопросы: почему военфельдшер, что он там делал, когда по всем инструкциям положен офицер-медик? Кого по шапке за несоответствие или даже под трибунал? Да что я тебе объясняю, Игорь, ты и сам всё прекрасно понимаешь! Должен быть врач — стало быть, врач и полетит. Ещё спасибо скажете…

— Твою мать! — процедил Гончаренко. — Спасибо тебе, Ильич! Огромное человеческое спасибо! До земли кланяюсь! Да у него даже импланты не вбиты — что я с ним буду в Зоне делать?!

— Минимальный комплект имплантов ему за минуту вобьют. Пусть по ходу и приживаются, он же врач, ему в атаку всё равно не ходить. А в Зоне присматривайте за ним как следует, и все дела.

— В атаку не ходить… В Зоне, Ильич, кругом атака, — буркнул подполковник. Он уже понял, что брать с собой молодого военврача придётся неизбежно, а потом нянчиться с ним, неопытным, как с малым ребёнком.

И вот теперь офицер-медик Володя Рождественский сидел на мелко дрожащем сиденье в брюхе армейского вертолёта, сжимая коленями «репку с маком» — так именовался на военном жаргоне роботизированный полевой медицинский комплекс РПМК, довольно увесистая и неуклюжая штука, которую военврачам приходится таскать на себе в таких вот экстренных командировках. «Репка» умела многое, но и ломалась часто, порой совершенно неожиданно и бесповоротно. Поэтому Володя захватил ещё и старую добрую походную аптечку, любовно собранную им лично вне всяких уставных рекомендаций. Аптечку он запихал в пустой контейнер своего бронескафандра с ярко-красными крестами на груди, плечах и спине. Пустых контейнеров там имелось ещё достаточно — боекомплект врачу полагался уменьшенный, так как из оружия он имел только стандартный армган с минимальным боепитанием и совсем уж потешный в условиях Пятизонья пистолетик калибра 5,45 мм в набедренной кобуре.

Плечи ныли от наспех загнанных имплантов, которые ему вбил суровый военфельдшер перед самым вылетом. Володя зябко поёжился — неприятно было чувствовать в себе что-то инородное, хотя как врач он понимал сущность и необходимость этих электронных приспособлений. Самоё обидное, что он пока не ощущал от них никаких плюсов — настройка требовала времени, организм привыкал, импланты осваивались. Могли, кстати, и не освоиться — случаи отторжения исчислялись сотнями, и тогда в Зоне они как минимум будут бесполезны. Это как минимум.

— Итак, ребята, дела такие, — объявил тем временем подполковник Гончаренко. Он стоял посреди салона вертолёта, словно древний рыцарь в полном турнирном доспехе: забрало шлема откинуто, руки упёрты в бока бронескафандра, нога поставлена на контейнер со станковым лазерным метателем, словно на труп поверженного дракона. — На Обской луже пропал теплоход с дуриками. Сорок три дурика плюс экипаж. Теплоход «Виктор Толоконский», белый такой.

— Ага, там ещё капитаном жиртрест. Вот и доплавались за шальной денежкой, — безразлично сказал кто-то из лейтенантов. Ниже по званию в группе из четырнадцати человек был только один, выше — двое: Гончаренко и его заместитель капитан Якубович.

— Доплавались, — снисходительно согласился Гончаренко. — Наши слетали к Барьеру — никаких следов теплохода, только мусор плавает. Но одна из пассажирок успела позвонить отцу через спутник и сказать, что с острова — или из-под воды — вылезло что-то железное и схватило

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.