Земля матерей стр. 499
ни малейшей ошибки? Это означает, что нужно сохранять равновесие. Инь и ян. Вот здесь, – она стучит себя по голове, – все строго разобрано по полочкам, а тут раскидано в полном беспорядке. – Она поворачивается к письменному столу, разгребает бумаги и разноцветные карандаши и случайно задевает погребенный под ними планшет, отчего зажигается огромный экран, возвышающийся над хаосом. – Твою мать, куда я это положила?
Зара и Билли переглядываются, на какое-то мгновение объединенные общим разочарованием и весельем. Билли поворачивается к экрану.
– Не трогай! – резко бросает Дина.
– Ты рисуешь комиксы?
– Иногда. Я много что рисую.
– У меня сестра художница. – Коул могла бы сменить карьеру. И в кои-то веки заняться чем-то полезным. Подделкой паспортов. И картин тоже, судя по всему.
– Подумать только! Может быть, в следующий раз уже она нарисует тебе брунейский паспорт. Я же знала, что они должны быть где-то здесь! – Дина достает пухлый конверт из плотной бумаги. – Ну, вот и они.
Однако Зара перехватывает конверт, опередив Билли.
– Спасибо, – говорит она и засовывает его за пояс джинсов под куртку.
«О, значит, вот мы как?»
53. Коул: Страна матерейАвтобусы извергают радугу сестер на улицы Майами-Бич, массой (или, скорее, «мессой», хочется сострить Коул, однако Мила по-прежнему держит ее на коротком поводке), и
их встречают те, кто уже на берегу. Зрелище впечатляющее, вынуждена признать Коул, эта процессия в вечерних сумерках, распевающая гимны на мотив популярных песен. В настоящий момент сестры насилуют «Танцуй со мной» группы «А-ха», но получается на удивление красиво.
Я знаю, что должна сказать.
Я сожалею о своих прегрешениях.
Сегодня мы должны обрести покой.
Не останавливайся, Господь окружает нас своей любовью.
Покайся со мной!
(Покайся со мной.)
Скажи это слово!
(Скажи это слово.)
Господь ждет тебя,
Прости и ты меня!
Лазерные лучи в ночном небе указывают дорогу, рассекая темноту над процессией. Коул наблюдает за идущей впереди Милой, танцующей и раскачивающейся в такт музыке, подпевая в полный голос своим еще красивым альтом. Ее очаровательная дочь. Которая всего через каких-нибудь несколько часов снова станет ее сыном.
Он воскреснет! Аллилуйя!Они проходят мимо жилых домов к номеру 1111 по Линкольн-авеню и собираются на булыжной мостовой, проходящей между роскошными бутиками. Зеваки расступаются, снимают их на телефоны. Официантки кафе смотрят из окон, разинув рты. Сестры торгуют сувенирами, как на рок-концерте: простенькие золотые ожерелья с одним-единственным словом «прости», футболки с надписью «мой путь – покаяние», ароматизированные свечи.
Храм представляет собой бывшую многоуровневую стоянку, которая по задумке архитектора должна была состоять из четких прямых линий, внушительная своей массивностью. Сестры собрались на всех уровнях, яркие рясы пестреют на фоне серого бетона. Они раскачиваются, поют и хлопают в ладоши, исполняя версию очередной популярной песни.
Хлопай вместе со мной, сестра, если ты готова выслушать правду.
Щедрость берет Милу за руку и протискивается сквозь толпу, чтобы привязать молитвенную ленточку к ограде; Вера следует за ними на цыпочках, бормоча молитву. Ленточки треплются на ветру. Блин! Ей тоже нужно было принести с собой ленточку? Полностью сосредоточенная на том, что будет потом, она не обращала никакого внимания на все это.
Кто-то вручает ей свечу. Она успокаивает нервы, отщипывая от свечи воск, разминая его между пальцами, вылепляя из него толстых птичек, которые