Земля войны стр. 293
то один из нас им точно стал, – усмехнулся Джамалудин.
– И я тебе обосную, что это не я! – ответил Арсаев. – Я эмир этого города, и горе тому, кто убивает тех, кто стал на путь джихада! Они непременно и справедливо будут в аду!
– Ради тех, кто умер в роддоме, я согласен на ад, – ответил Джамалудин.
Звук выстрела в замкнутом помещении был оглушителен. Первая пуля вошла Вахе между глаз, вторая легла чуть выше, разбрызгивая осколки кости и мозга. Колени Вахи медленно подогнулись, и он рухнул ничком на свежий, пахнущий ремонтом и лаком паркет.
Третья пуля вошла в голову лежавшему без сознания Комиссарову.
– Нет! – вскрикнул Миша Сливочкин… – Не…
Больше он ничего крикнуть не успел.
Пятый выстрел в Асхаба Хасанова слился со страшным хлопком от разорвавшегося в холле термобарического заряда.
***Была весна; закатное вечернее солнце заваливалось куда-то в районе Бельгравии, в Гайд-парке плавали утки и цвели розы, и у Исторического музея в самом центре Лондона толпились «Ролс-Ройсы», «Мерседесы» и похожие на желтых жуков такси: российская деловая элита съезжалась на званый ужин в рамках Лондонского экономического форума.
Кирилл Водров, недавно назначенный глава российского представительства крупнейшей консультационной фирмы «Бергстром и Бергстром», в галстуке бабочкой и смокинге, выгодно подчеркивающем его худощавую фигуру, вылез из серого «Бентли» с улыбающимся шофером-индусом. Правду сказать, далось ему это с трудом: его шеф, веселый, улыбчивый канадец Рональд Казери, помог ему встать на тротуар, и в руках Кирилл держал легкую трость с белой костяной ручкой. Трость эта, в сочетании с особой, военного оттенка, хромотой и ранней сединой в волосах тридцатишестилетнего менеджера, заставляла оглядываться многих, столпившихся в этот апрельский вечер у чугунной решетки, за которой пылали, окаймляя ведущую к замку дорожку, длинные газовые факелы.
Внутри было столпотворение; супруги министров и дочери олигархов блистали украшениями и драгоценностями; тут же, рядом с супругами и дочерями, одиноким клиентам улыбался целый цветник девочек от Пети Листермана, и
хотя девочки проигрывали по части драгоценностей, они безусловно могли считаться украшением форума. Кирилл принял из рук какого-то спонсора билет бесплатной лотереи, выигрышем в которую было колье в сто двадцать тысяч долларов, и вспомнил, что русские в последнее время стали самыми крупными покупателями бриллиантов в мире. Только за последние два месяца, если верить статистике, их было куплено на сто миллионов долларов.
Безупречный дворецкий с выправкой часового при Мавзолее указал Кириллу номер его стола; стол был в пяти метрах от сцены, на которой готовился к выступлению хор мальчиков из Итона. Кирилл с облегчением отодвинул стул и скорее рухнул, чем сел, на сиденье, а потом он поднял глаза и замер. Прямо напротив него сидел президент республики Северная Авария-Дарго Заур Кемиров и нерешительно оглядывал целую батарею вилок, вилочек и ножей, выстроившуюся по обе стороны белых и крупных, как мишень, тарелок.
А потом Кирилл покосился вправо и обнаружил, что его соседкой является леди Хильда Стейплхерст.
Кирилл не видел Заура с той самой ночи на восемнадцатое апреля. По правде говоря, он вообще мало что видел с тех пор. Штурм начался в тот самый момент, когда в зале прогремели выстрелы Джамалудина. Кемиров повернулся к заложникам и сказал: «Кто хочет сражаться – берите оружие». Его приглашению последовали Кирилл,