Жена Берсерка стр. 211
спинами. Скользко звякнули мечи, покидая ножны…
Темноволосый был уже близко. Снег под ним, как заметил Харальд, почти не приминался.
— Приветствую тебя, Харальд Ермунгардсон, — с легкой насмешкой в сиплом голосе сказал темноволосый, останавливаясь в паре шагов от него.
— И я тебя, — выдохнул Харальд.
Свальд молчал, поглядывая то на брата, то на пришедшего. Тот, не удостоив ярла Огерсона даже взглядом, заявил:
— Отойдем? Нам нужно поговорить. Наедине.
Темноволосый развернулся, двинулся к берегу реки. Харальд прохрипел, не оборачиваясь к своим людям, стоявшим у него за спиной:
— Будьте здесь. Сторожите дротнинг.
Потом он сжал пальцы на плече Свальда, легонько подтолкнул того вперед. И заковылял, опираясь на него.
Человек с темными волосами остановился в том месте, где склон берега переходил в полосу речного льда. Мазнул взглядом по Свальду, бросил:
— В паре шагов от нас никто ничего не услышит, это я могу сделать и уже сделал… не хочешь отослать своего спутника?
Харальд качнул головой, темноволосый спокойно заметил:
— Смотри, это твой выбор. Тебе за него и отвечать. Догадался, кто я?
— Локи Фарбаутсон, — уронил Харальд.
— Я не знал своего отца, поэтому редко произношу его имя. — Лицо Локи, пока он говорил, было до странности неподвижным, словно он старался поменьше двигать челюстью.
— Учту, — Харальд чуть наклонил голову. — Как получилось, что ты оказался здесь? Я слышал, боги приковали тебя в какой-то пещере…
Подбородок Локи дернулся.
— Не приковали, а привязали кишками моего сына. Не надо бояться правды… внук. И подвесили змею, чтобы она сжигала ядом мое лицо. Надеялись, что рано или поздно яд проберется внутрь головы. Но этой ночью черный дракон взлетел. Вельва это предрекла — хоть часть ее пророчества и оказалась сущим бредом. Но кое в чем она была права. Черный дракон — рок для владык. И женщина, ненадолго получившая его силу, запечатала этот мир для богов Асгарда…
— Запечатала? — медленно спросил Харальд.
— Раз я сумел освободиться этой ночью, — объявил Локи. — Значит здесь, в этом мире, светлые боги больше не властны. Иначе мне не удалось бы… насколько я знаю, Биврест теперь разрушен. Навсегда. Радуги над миром людей будут сиять, но по ним уже никто не придет. И Тор лишился своей колесницы, а меня в Асгарде больше нет. Некому добывать для богов вещи, в которых есть сила, какой сами они не владеют. Люди вольны выбирать себе новых богов — если пожелают. И кого пожелают. Сам я в боги не собираюсь, у меня другие планы.
— Какие? — бросил Харальд.
Губы Локи дрогнули, словно он хотел улыбнуться — но так и не улыбнулся.
— Это мое дело. Однако ты разговорчивее своего отца. Хотя мог бы и порадостней встретить своего деда.
Харальд посмотрел в сторону Россватена. Ответил, надсадно выдыхая:
— Я бы встретил. Если бы Сигюн не сделала все, чтобы моя жена оказалась этой ночью на озере. С другой стороны, не окажись она там, нас все равно не оставили бы в покое. Выходит, то, что сделала Сванхильд, нужно было сделать. И то, что сделала Сигюн — тоже.
— Хорошо, что ты это понял, — отозвался Локи. — Ты унаследовал мою мудрость, внук. Жаль, я еще не знаю, что унаследует мой правнук. Мои порожденья такие разные.
— Унаследует ли? — хрипло уронил Харальд. — Сванхильд расшиблась на