Жена или смерть (сборник) стр. 235
потому, что у мистера Беннета не будет возможности что-либо передать полиции.
- Но… но… - Она запнулась.
- Молчать! - Хьюинг вскочил с кресла и злобно уставился на нее.
Она отпрянула, как от удара.
Я поднял с пола бутылку виски, решив, что мне все-таки необходимо выпить. Я открутил пробку, наблюдая за Хьюингом. Он дышал с видимым трудом, и на его бледном лице выступил пот. Глаза у него были как у слепого, неразличимы за стеклами очков. Он небрежно сунул руку в ящик стола и вынул оттуда маленький пистолет 25-го калибра, впервые увиденный мною несколько часов назад. Он по-прежнему держал его неуклюже, как человек, не привыкший к оружию, и навел пистолет на меня. Я видел, что он нервничает и взвинчен до предела, но лицо его выражало твердую решимость. Он готовился к предстоящему и убедил себя, что сумеет это сделать.
Я знал, что из маленького пистолета можно убить, но смотрел на Хьюинга с презрением. Я был странно безмятежен, словно во сне. Открытая бутылка с виски была у меня в руке, но пить мне расхотелось. Я наблюдал за адвокатом.
- Орвилл, голубчик, - прошептала женщина напряженно. - Я… я ничего подобного не ожидала. Ты только сказал, что если я…
- Заткнись! - грубо бросил Хьюинг.
Она отступила и закрыла глаза. Ее губы беззвучно шевелились, и она сложила руки перед грудью в молитвенной позе. Хьюинг заговорил с удивительным спокойствием, обращаясь ко мне:
- Беннет, полиция поверит тому, что я скажу. Меня хорошо знают и уважают. Я скажу, что всю ночь дожидался вас здесь, положившись на вас и искренне веря, что вы действуете, в интересах своего клиента Элвина Бэйна, но вы обманули меня. Вы явились с окровавленными руками и чрезвычайно сомнительным рассказом о том, что делали ночью. У меня имеется ваше подписанное заявление, помните? Вы вызвали у меня подозрение, я допросил вас, обвинил в убийстве Элвина. Вы пришли в бешенство и напали на меня. Я вынужден был застрелить вас при самообороне. - Он попробовал улыбнуться, но это не совсем удалось ему. Вышло что-то похожее на оскал.
- Вы не знаете сержанта Рокингема? - спросил я. - Он мой друг и станет доискиваться правды, будьте уверены.
- Возможно, - сказал Хьюинг. - В течение двадцати лет я служил закону, и мое слово не подвергнут сомнению.
- Тогда чего тянуть, - подзадорил я его. - Стреляйте, и кончим дело…
Он прицелился, набираясь решимости. Женщина открыла глаза и прошептала:
- Орвилл, о господи… - Она отвернулась и закрыла глаза руками, словно ребенок, ожидающий треска хлопушки. Я заметил, как палец Хьюинга напрягся на спусковом крючке…
Я швырнул в него бутылку, рванулся с кресла вперед и, упав на колени, выхватил свой 38-й из кармана. Бутылка не задела Хьюинга и разбилась сзади него о стену. Он дважды выстрелил. Звук маленького пистолета напоминал громкий треск. Пригнувшись к полу и чувствуя, что я невредим, я вскинул свой пистолет и выстрелил, не целясь и не выбирая какой-нибудь определенной точки в его теле, хотя даже в тот момент предпочел бы ранить Хьюинга в плечо, руку или ногу. Целиться было некогда, да я и не особенно старался. Выбора не оставалось, я просто выстрелил наудачу в его