Жена или смерть (сборник) стр. 79
был внушительных размеров бассейн и гараж на четыре машины, где стояли «бентли», «кадиллак», «бьюик-фургон» и «форд».
Сад был полон розовых кустов, бегоний, петуний и еще каких-то цветов. Бассейн выглядел как-то одиноко, когда я ехал по усыпанной гравием дорожке: бассейн такого типа мог бы произвести наилучшее впечатление только в обрамлении красоток в бикини.
Я был слегка ошеломлен этим богатством. Я знал, что Р. А. Большой Босс, но не предполагал, что его доход может позволить ему нечто грандиозное и роскошное.
Я поставил машину, поднялся по двадцати мраморным ступеням, ведущим к парадной двери, и позвонил. После короткой паузы дверь отворилась и высокий плотный мужчина в одежде английского дворецкого вопросительно посмотрел на меня из-под белесых бровей. Позже я узнал, что его фамилия Уаткинс и что его вывезли из Англии за солидную сумму.
- Я Честер Скотт, - представился я. - Мистер Айткен ждет меня.
- Да, сэр. Сюда, пожалуйста.
Я последовал за ним через большой холл вниз по лестнице и вошел в комнату, очевидно, используемую Р. А. в качестве кабинета. В комнате стояли стол с диктофоном и четыре кресла. На полках вдоль стен разместилось множество книг.
- Как он себя чувствует? - спросил я, когда Уаткинс включил свет и приготовился скрыться в обширных апартаментах этого дома вместе
со своей невозмутимостью и непроницаемостью.
- Его постарались окружить всеми удобствами, сэр. Не могли бы вы подождать несколько минут, пока я сообщу ему о вашем прибытии?
Он вышел, а я прошелся по комнате, разглядывая корешки книг.
Через некоторое время Уаткинс вернулся.
- Мистер Айткен готов вас принять.
Схватив объемистую папку, врученную мне Пат, я последовал за ним по коридору к лифту, который поднял нас на два этажа. Мы пересекли широкую лестничную площадку и подошли к двери. Уаткинс постучал, повернул ручку и отступил в сторону.
- Мистер Скотт, сэр.
Айткен лежал на кушетке. Комната выглядела большой и стопроцентно мужской. Окна, выходившие на освещенное луной море, были задернуты шторами.
- Входите, Скотт, - произнес он, и по напряженности в его голосе я понял, что он сильно раздражен.
Айткен держался так же, как и всегда, разве что странно было видеть его лежащим. Он курил сигарету, а по постели были разбросаны бумаги. Его освещала лампа над кроватью, вся же комната была погружена в полумрак.
- Как вам это нравится? Придвигайте стул. Я заставлю некоторых идиотов заплатить за это. Я послал своего адвоката обследовать эти ступеньки: это просто ловушка смерти. Я возбужу против них дело, но это не поможет моей ноге.
Придвинув стул, я сел. Я начал было выражать свое сочувствие, но он прервал меня.
- Оставьте, - сказал он раздраженно. - Незачем об этом говорить. Мне придется пролежать по меньшей мере недели четыре, если верить этому дурачку врачу. В моем возрасте и при моем весе ломать ноги становится опасным. Если я не буду беречься, могу остаться хромым, а мне этого вовсе не хочется. Так что мне придется торчать в постели. Завтра заседание правления. Вам предстоит вести его. - Он посмотрел на меня. - Как вы думаете, справитесь?
Тут было не до скромности.
- Скажите, как бы вы хотели, чтобы оно прошло, и я проведу его.
- Бумаги с вами?
Мысленно я поблагодарил