Жили-были стр. 228
что-то нашёптывал ей на ухо. Саша задержала на них взгляд, на душе появилась тяжесть оттого, что Анжелика старательно отворачивалась в сторону, видимо, не желая её видеть, но пришлось отвлечься на поток вопросов, которые звучали со всех сторон. Отвернулась от сестры.
— Митька как вырос! Теперь редко его вижу, прямо в глаза бросается.
Саша тоже на сына посмотрела, пришлось согласиться.
— Да, замучилась одежду и обувь покупать. Растёт, как на дрожжах.
— Значит, кормишь хорошо, — посмеялись над её ответом.
— Да, — негромко проговорила Саша, в основном для женских ушей, — это теперь моя основная обязанность — кормить этих двоих.
— На работу не устроилась?
Саша лишь улыбнулась и неопределённо качнула головой. А когда представилась короткая возможность остаться с Алёной с глазу на глаз, поторопилась достать из сумки своё главное сокровище, и подруге протянула. Каравайцева тихо, но восторженно ахнула, разглядывая книгу в твёрдой яркой обложке.
— Ух ты, Сашка!
Саша смущённо улыбнулась.
— Я, конечно, понимаю, что это всего лишь подарок мужа, но мне всё равно приятно. — И тут же шёпотом призналась: — Руки тряслись, когда мне первый экземпляр отдали.
— Верю. Но это здорово. Надо с чего-то начинать.
— Как говорит Толя: я теперь пишуще-готовящая домохозяйка.
— Чему этот гад несказанно рад, — не упустила Алёна возможности возмутиться. — Ты всегда дома, при этом занимаешься любимым делом и не жалуешься.
Саша её возмущение поддержать не смогла, лишь улыбнулась. И на мужа посмотрела, который склонил голову, чтобы подслушать их разговор. Потом сына окликнул:
— Митя, ты есть хотел. Садись за стол.
Митька в этот момент хвастался Новикову и Лике новыми водонепроницаемыми часами. Анжелике было не слишком интересно, а вот Виталий выглядел заинтересованным, и даже на голос Ефимова эти двое не сразу откликнулись, а вот Лика посмотрела. Толя секунду сомневался, потом взял и подмигнул ей. Вполне приветливо и дружелюбно. Как ему самому показалось.
— Так, давайте уже выпьем, — влез неугомонный Стариков. — Уже час, как собрались, а всё болтовня сплошная. Женщины, вы слышите? Успеете ещё наговориться.
— Я не буду, — сказал Толя, отодвигая свою рюмку.
Миша глаза на него вытаращил.
— Толян, ты обалдел?
Толя рассмеялся.
— Расслабься, я Митьку сейчас тёще отвезу, вернусь, и мы с тобой выпьем, Миша.
Стариков, успокоившись, кивнул.
— Это другой разговор. Саня, а тебе чего налить?
Она отвлеклась от разговора с Каравайцевой, на Мишу кинула непонимающий взгляд, после чего головой покачала.
— Миша, я не пью.
У того рука опустилась.
— Нет, вы, на самом деле, охренели, друзья мои.
— Тебе человек сказал, что не пьёт, — налетела на него Алёна, — чего ты в этом не понял?
— Это ненормально!
— Как раз таки нормально, — вмешалась Мишина жена, — только тебе не понять. — А сама глянула на Сашу с откровенным любопытством. — А чего не пьёшь? — В её вопросе был определённый намёк, и его расслышала не только Саша, но и Стариков, и непонимающе нахмурился.
— Я не понимаю. Чего вы переглядываетесь?
Толя выдохнул, оглядел всех, понимая, что просто так расспросы не прекратятся.
— Хватит, а. Любопытные. Да, мы беременны. Мне самому уже захотелось выпить от ваших переглядываний!
Саша засмеялась, под руку его взяла, не смотря на то, что они за столом сидели, и прижалась щекой к его плечу.
— Успокойся.
— Вот это повод выпить! — прозвучало за столом.
В