Зимний сон малинки стр. 10
и обзывал Малиной!
Верите, я растерялась. Конечно, прошло целых шесть лет, и многие из наших одноклассников раздобрели, как, например, Родик Яшин, или похудели, как Олька Кизилова, но все равно остались своими ребятами. Ну, не настолько же сильно я изменилась за это время, чтобы меня нельзя было узнать? Я не поправилась (не считая стратегических мест), не сменила цвет волос, даже стрижку не сделала! Тогда почему?
Гордеев вскинул руку, дотянулся до графина и невозмутимо наполнил водой высокий стакан, демонстрируя на запястье блеск дорогих часов и белоснежную манжету рубашки. Выпил медленно, так и не взглянув на меня. Компания за столом затихла и навострила уши, а я…
А я поняла, как нелепо выгляжу со стороны, и почувствовала, что стремительно краснею. И не только от стыда.
Ах ты ж га-ад. Гусь перепончатый. Индюк павлинозадый. Но как же неприятно разочаровываться в человеке.
А впрочем, разочаровываться ли? Мы никогда и не были друзьями, а теперь уже точно не будем. Люди меняются, а вот Гордеев нет. Как был в школе гордецом и снобом, так им и остался!
— Действительно, ошиблась, надо же, — заставила себя натянуто улыбнуться честному собранию. — Теперь вижу: нет, не Гордеев, и даже ни разу не Димка. Видимо, от волнения показалось.
— Хм, вы уверены?
— Мой бывший одноклассник — жуткий зануда. У него еще в школе полностью отсутствовало чувство юмора. А ваш сотрудник такой юморист! Обхохочешься! Простите, как вас зовут? — обратилась к техническому.
— Вадим Спиридонович, — ответил мужчина.
— Вы правы, Вадим Спиридонович. У меня отлично получается добывать информацию по тендерам. Нюх на сделки, знаете ли. И пожалуй я действительно подумаю о карьере хакера. Спасибо! Всем до свидания! Рада была увидеть «ГБГ-проект» изнутри.
— Ну как, Машка? Чего так долго-то? Взяли?! — длинный нос заслонил обзор.
У меня дрожала нижняя губа и тряслись руки. И, кажется, даже слезы выступили. Я кое-как влезла в пуховичок и натянула шапку. Повесила на плечо сумку и только потом повернулась к Шляпкину.
— Ой, Юрка, они там такие… Такие!
— Какие?
— Да ну их в пень! Пошли лучше апельсины продавать, а?
— Куда?! Какие еще апельсины? — удивился Юрка.
— Испанские, конечно. На рынок. Говорят, там зарплата в два раза больше нашей. Сначала апельсины, а потом, быть может, нам и бананы доверят.
— Пошли, — согласился парень. — Только, Маш, я все же сначала загляну в кабинет, ладно? — попятился к двери спиной. — А вдруг мне повезет?!
Я только рукой махнула. Каждому хочется верить в счастье.
— Удачи.
Из бывших сотрудников в приемной никого не осталось, и я потопала на улицу. Охраннику уже не улыбалась, а вот
он, словно чувствовал мое настроение, скалился в густые усы.
— Обязательно приходите к нам еще, девушка! Всегда рады!
Еще бы книксен изобразил — у-у, Карабас-Барабас стриженный! Смеется еще! Да что они тут все, сговорились, что ли? Не компания мечты, а сплошной негатив-проект какой-то!
* * *— Феечка, ты случайно не занята? Есть пять минут? Очень надо.
— А ты где, Марусь? Что, собеседование уже закончилось?
— Ага.
— Ну, и как все прошло?
Я не выдержала и хлюпнула носом в телефон.
— Да никак, Наташка. Никого они и не собирались брать. Так, посмеялись только. Я в кафешке напротив твоего «Бомонда». Пожалуйста, скажи, что у тебя