Зимних дел мастер стр. 155
слонялся между зрителями, собирая деньги в свой потрепанный цилиндр. Если было видно, что девушка взвизгнет от поцелуя, он целовал ее. Время от времени, никого не предупреждая, он впрыгивал в танец и кружился между танцорами, всегда оказываясь на свободном месте.
Затем Тиффани увидела. Глаза женщины на другой стороне площади блеснули золотым, всего лишь на мгновение. Заметив один раз, она замечала снова и снова – в глазах мальчика, девочки, мужчины с кружкой пива, проблеск перескакивал с одного лица на другое, чтобы наблюдать за Дурнем…
– Лето пришло! – сказала Тиффани и осознала, что отбивает ритм ногой; она осознала это после того, как тяжеленный ботинок осторожно, но твердо придавил ее ногу к земле. Ты, сидящая рядом, поглядела на нее невинными голубыми глазками, что на долю секунды стали ленивыми золотистыми глазами змеи.
– Так и должно было быть, – ответила Матушка Ветровоск и убрала свою ногу.
– Монетку на счастье, мисс? – раздался голос рядом с ней, сопровождаемый звоном мелочи в шляпе.
Тиффани повернулась и посмотрела в пурпурно-серые глаза. Лицо, с которого они смотрели, было морщинистым, загорелым и ухмылялось. И у него была золотая сережка. – Медяк-другой от прекрасной леди? – выпрашивал он. – А может серебро или золото?
Иногда, подумала Тиффани, ты просто знаешь, как следует поступить…
– Железо? – сказала она, снимая кольцо с пальца и кидая его в шляпу.
Дурень изящно вытащил его и подбросил в воздух. Глаза Тиффани проследили за кольцом, но каким-то образом оно оказалось не в воздухе, а заблестело на пальце Дурня.
– Железо пойдет, – сказал он и неожиданно поцеловал ее в щеку.
Его губы были только чуть-чуть холодными.
* * *Фиглы столпились на галереях, но в кургане стояла непривычная тишина. Момент был очень важный. Честь клана была поставлена на карту.
В центре кургана лежала большая книга с красочными картинками, она была больше, чем Роб Всякограб. Ее немного испачкали грязью, когда тащили в курган. Робу бросили вызов. Все эти годы он считал себя героем и затем карга из карг сказала, что не такой уж он и герой. Что ж, с каргой из карг не поспоришь, но он собирался принять вызов. О, айе, он примет вызов или он не Роб Всякограб.
– Где моя корова? – прочитал Роб. – Это моя корова? Она говорит чик! Энто… энто… цыпленок! Это не моя корова! И затем тут намалеваны парочка курей. Еще одна страница, верно?
– Верно, Роб, – ответил Билли Подбородище.
Собравшиеся фиглы радостно завопили, а Роб обежал вокруг книги, размахивая руками.
– И энта книженция намного сутужне, чем АВБГДЕйка, верно? – сказал он, совершив круг почета. – Та была легкая! Дюже предсказуемый сюжет. Кто бы ее не написал, не больно то он напрягался, на мой погляд.
– Ты про Алфавит? – спросил Билли Подбородище.
– Айе. – Роб Всякограб подпрыгнул пару раз и сделал неколько боксерских выпадов в воздух. – Есть что-нить покруче?
Гоннагль поглядел на стопку потрепанных книг, самыми различными способами собранных фиглами.
– Ну, вот эта под названием «Принципы современного счетоводства», – с сомнением произнес Билли.
– И энто дюже героическая книга для прочтения? – сказал